На пути к автономии

Становилось очевидным, что независимость или хотя бы автономия Сербии – вопрос времени. Слишком много факторов совпали во времени, способствуя тому, что можно было рассчитывать на хороший результат. Прошло всего два года и сербы подняли Второе восстание. Их способный предводитель – Милош Обренович – сумел потеснить турок и вынудил их пойти на переговоры. Часть требований сербов была удовлетворена. Дальновидный вождь не стал требовать всего и сразу, сознавая, что может «не проглотить» за раз слишком большой кусок. Он избрал тактику постепенного укрепления сербских позиций. Следующие 15 лет Милош Обренович вел бесконечные переговоры с Турцией, постоянно расширяя права Сербии. Он всячески опирался на поддержку России, которая, в соответствии с Кючук-Кайнарджийским миром, являлась единственным гарантом прав христиан Турции. В итоге в 1830 г. султан предоставил Сербии автономию в границах Белградского пашалыка, а Милош стал князем.

 

Первый этап был преодолен. Автономия стала основой подготовки почвы для провозглашения в будущем полноценной государственности. Для этого необходимо было в пределах автономии создать собственную государственную машину, которая в любой момент могла бы взять на себя функции единого центрального аппарата власти.

Процесс государственного строительства осложняли как субъективные, так и объективные факторы. С самого начала главным «субъективным фактором» стал сам Милош Обренович, обычный неграмотный крестьянин. Его характеризовали как властного, решительного, последовательного, однако слишком влюбленного в свою власть человека, которого судьба из ниоткуда вознесла столь высоко, и который больше всего на свете боялся потерять свое положение. Потому Обренович активно воевал против своих внутренних врагов – как мнимых, так и реальных. В 1817 г. по его приказу был убит руководитель Первого восстания и главный конкурент в борьбе за власть Карагеоргий. Обренович установил деспотический олигархический режим, хотя формально Сербское княжество считалось конституционной монархией.
Правлением Милоша были недовольны даже его ближайшие соратники, несмотря на то что они – такие же крестьяне – получили сладкую власть и большие наделы земли. В 1825 и 1826 гг. они даже подняли против своего лидера вооруженный народ. Благо, крестьян не надо было долго «раскачивать» – непомерное обогащение Обреновича и введенный им новый вид отработочной повинности в пользу вождя вызывали повсеместное возмущение. Милош жестоко подавил все выступления, однако, будучи человеком дальновидным, хитрым и изворотливым, решил сделать вид, что согласен на уступки и принятие конституции, которая ограничит его власть. Такое легкое решение объясняется скорее всего тем, что он прекрасно понимал: великие страны, заинтересованные в Сербии, никогда не согласятся на ограничение власти князя и передачу ее безликой группе, с которой неизвестно как нужно договариваться.

Расчет оказался верным – Россия, Австрия и Турция выступили категорически против Сретенской конституции, разработанной юристами из Воеводины и утвержденной самим Милошем в 1835 г. Вместо этого в 1838 г. султан даровал Сербии другую, «турецкую» конституцию. В ней, наоборот, расширялась власть вождя, хотя в противовес предусматривался законодательный орган, состоявший из олигархов – Государственный совет. Видимо, со временем Милош на сербском престоле перестал устраивать великие страны, и в июне 1839 г. «советники» вынудили его покинуть княжество. Власть перешла к наместничеству при Михаиле – несовершеннолетнем сыне князя.

Объективным фактором, усложнявшим государственное строительство, было 400-летнее турецкое иго на сербских землях. Практически все население составляли крестьяне – дворянство было истреблено турками, цеховое ремесленничество не развивалось. Культурная и национальная элита отсутствовали. Традиции национальной государственности были утрачены.

Однако, как известно, крестьянство – самое консервативное сословие, которое менее всего поддается трансформации. Любое крестьянство в любой стране является хранилищем национальной памяти, традиций, духа. Этого оказалось достаточно, чтобы быстро наверстать упущенное. За короткое время – уже к началу XX в. – в Сербии были созданы все необходимые атрибуты развитого европейского государства: построена система власти, создана армия, полиция, банки, широкая сеть медицинских и просветительских учреждений, развитая транспортная сеть. Однако крестьянский дух служил одновременно как стимулирующим, так и сдерживающим фактором: тот же консерватизм, патриархальный тип общества и общая экономическая отсталость страны наложили свой отпечаток на характер власти и на все стороны государственного развития.

С бегством в Австрию князя Михаила в 1842 г. к власти пришли «защитники конституции», поддерживавшие Карагеоргиевичей. Князем скупщина избрала младшего сына Карагеоргия Александра.

Последующие 15 лет новая власть потратила на укрепление бюрократического аппарата. Было создано полицейское государство. На то время это был единственный действенный метод прекращения постоянной внутренней борьбы и формирования единого направления развития страны. Был принят ряд законов, стимулирующих развитие хозяйства, в частности «законник» о защите частной собственности.

Начало образовываться новое сословие – чиновничество, которое составляло фундамент государства, являлось выразителем его воли. Быстро пополнялись ряды интеллигенции. Сотни молодых людей были отправлены государством на учебу за границу и возвращались оттуда юристами, учителями, офицерами, священниками. инженерами. Там, за границей, они кроме всего прочего впитывали в себя революционные и либеральные идеи. Именно эти люди в будущем стали определять политическую и экономическую стратегию развития Сербии, создали политические партии, заложили основы развития сербской литературы и искусства. Они имели разные видения того, как должна развиваться их страна, порой эти противоречия выливались в прямые столкновения, но всех их связывало главное – стремление к объединению всех сербских земель и достижению полной государственной независимости.

Настроения, бродившие в среде сербской интеллигенции, воплотились в 1844 г. в секретном документе – официальной государственной программе «Начертание». Она была составлена с помощью лидеров польской эмиграции в Париже, эмиссары которой неоднократно приезжали в Сербию консультировать братьев-славян. В «Начертании» содержался план создания могучего государства Великая Сербия. Его суть точно выражала дух сербского народа, его стремление к гегемонии, видение себя не на второстепенных, а только на первых ролях в Европе. Прежде всего, по мнению разработчиков, необходимо было присоединить к Сербии Боснию и Герцеговину, тем самым получив выход к морю. Это было главным залогом дальнейших успехов и побед Сербского княжества. Кроме того, велись переговоры с Черногорией об объединении в одно государство. Выполнение этих условий автоматически выводило Сербию в лидеры Балканского региона и делало единственной страной, способной поднять широкомасштабное антитурецкое восстание на полуострове. Для удачного его осуществления «Начертанием» предусматривалось создание современной хорошо вооруженной армии.

Сербская интеллигенция не верила, что Александр Карагеоргиевич сможет воплотить в жизнь планы по созданию Великой Сербии. Либералы обвиняли князя в злоупотреблении властью, поборах, в том, что скупщина не собиралась в течение 10 лет. В этом они нашли поддержку даже у консерваторов, которые, в свою очередь, были недовольны тем, что, по их мнению, Александр был слишком подвержен австрийскому влиянию.

Во время скупщины, собравшейся в Белграде на день св. Андрея 30 ноября 1858 г., народные посланники свергли князя с престола. Они хотели ускорить европеизацию Сербии, реорганизовать систему судопроизводства и налогообложения, ввести институт политической ответственности правительства. Скупщине почему-то показалось, что лучше других с делом проведения реформ справится князь Милош Обренович, уже однажды изгнанный за деспотизм и непомерные поборы и 20 лет проведший в эмиграции. Однако в справедливости поговорки о том, что «горбатого могила исправит», сербы убедились очень быстро. Едва вернувшись на престол, Милош снова начал устанавливать режим личной власти. Всего за год он оперативно расправился с либералами, которые пригласили его на княжество, выслав их из страны или бросив в тюрьмы.

Сербы уже были не рады возвращению Милоша Обреновича. Однако терпеть его правление им пришлось недолго. В 1860 г. Милош умер и к власти пришел его сын Михаил, с которым как простые люди, так и интеллигентские круги связывали свои надежды на быстрое развитие Сербии.

Памятуя о судьбе своего отца и других правителей-неудачников, Михаил начал действовать осторожно. Он старался не нагнетать обстановку, чтобы не раздражать консерваторов, однако неуклонно гнул свою линию и постепенно проводил реформы. Роль скупщины, которая теперь созывалась регулярно, Михаил свел к совещательной. Также всяческими уловками и интригами он сумел полностью подчинить себе всесильный ранее Государственный совет олигархов и теперь комплектовал его сам. Князь не афишировал своих далеко идущих планов, однако последовательно воплощал положения «Начертания». В 1861 г. новым законом была введена всеобщая воинская повинность и теперь Сербия в любой момент могла выставить против неприятеля неплохо подготовленную 90-тысячную армию.

Окрепнув в военном и экономическом плане, Сербия начала добиваться вывода турецких гарнизонов из шести своих городов. В 1862 г. произошел вопиющий случай – в Белграде турецкие военнослужащие убили сербского мальчика. Это вызвало огромные волнения в городе, гарнизон турок был обстрелян снарядами. События в Белграде стали подходящим поводом для стран-гарантов, чтобы вмешаться и ослабить Порту. Через пять лет, после долгих и утомительных переговоров Турция вывела все свои гарнизоны с территории Сербии.

Последнее изменение Воскресенье, 14 Декабрь 2014 14:05

Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии
Go to top