Гражданская война в оккупированной Югославии

Установление нацистского режима в Югославии дало хорватским националистам возможность решить наконец «сербский вопрос». 10 апреля 1941 г. в Загребе немецкие войска встречали с цветами – хорваты чествовали нацистов как освободителей. В тот же день сторонник вождя усташей Павелича полковник Славко Кватерник провозгласил создание самостоятельной Хорватии: «Божественное Провидение и воля нашего великого союзника, а также многовековая борьба хорватского народа, готовность нашего вождя Анте Павелича идти на большие жертвы привели к тому, что сегодня, в канун воскресения Сына Божьего, воскресло и наше Независимое государство Хорватия (НГХ)».

Спустя несколько дней после провозглашения НГХ был принят закон «О защите чести народа», в котором говорилось, что каждый оскорбивший честь хорвата подлежит смертной казни. Как поступать в случае, если оскорбившим был немец, в документе не указывалось. Во всяком случае, министр юстиции Мирко Пук заявил, что «хорватское государство отвергает существовавшую доселе правовую точку зрения, будто все люди равны». 25 апреля 1941 г. было запрещено использование кириллицы как принадлежности чуждой сербской культуры. Делалось это, дабы вычеркнуть из истории Хорватии все, что было связано с Сербией.
Вскоре в Загреб приехал и сам Анте Павелич, который был торжественно провозглашен вождем хорватского народа. В июне его со всеми подобающими почестями принял сам Адольф Гитлер. Результатом «переговоров» стало присоединение Хорватии к Тройственному союзу. Кроме того, глава усташей похвастался фюреру, что скоро «сербский вопрос» в Хорватии будет решен: треть уничтожат, треть обратят в католичество, а остальных выселят в Сербию.

Слова маленького хорватского фюрера не разошлись с делом. В зверствах и жестокости усташи, пожалуй, переплюнули заплечных дел мастеров из гестапо. За войну хорваты ликвидировали в концлагерях 1,2 млн сербов, из них 700 тыс. только в лагере Ясеновац. Комендантом лагеря и самым большим энтузиастом в уничтожении сербов был католический священник Мирослав Филиппович-Майстрович. Под его непосредственным руководством замучили 30 тысяч человек. Чаще всего пленников резали, разрубали головы саблями и расстреливали. Если хотелось чего-нибудь особенного, придумывали более изощренные пытки. Существует обширная подборка текстов немецких и итальянских солдат и офицеров, которые с ужасом описывали происходившие здесь злодеяния. Видимо, усташи отличались особой «фантазией», если смогли поразить видавших виды немцев. Бригадный генерал Э. Финк в марте 1944 г. докладывал Генриху Гиммлеру: «Хорватские отряды... поместили в лагерь 600–700 тысяч людей различных политических организаций и перерезали им горло». Трудно представить, до какой степени нужно ненавидеть другую нацию, чтобы не в газовых камерах, не из автомата, а своими руками резать, как овец, ее представителей. Именно эти события на долгие десятилетия посеяли вражду и неприязнь между двумя по сути братскими народами.

Усташи были фанатиками – они не щадили ни стариков, ни женщин, ни детей. В Ясеновце только в 1942 г. были убиты 12 000 детей. Их сжигали живьем в печах бывшего кирпичного завода, превращенного в крематорий. Помимо сербов уничтожали цыган и евреев, а также хорватов-антифашистов и тех, кто «предал» свою религию, то есть не являлся католиком. Для диктатуры усташей были характерны репрессии не только по национальному, но и по религиозному признаку.

Подразделения усташей были очень похожи на нацистские СС. Организация, военная структура усташей и многое другое было практически скопировано у немцев. Подразделения усташей «Хорватский легион» принимали участие в боях против советских войск.
Только с помощью Иосифа Сталина будущий югославский лидер Иосип Броз Тито спас от международного трибунала своих соплеменников, как «народ, который в своем абсолютном большинстве встал на сторону Адольфа Гитлера и принимал активное участие в уничтожении народов». Именно такую формулировку предлагал союзникам по коалиции Уинстон Черчилль.

Помимо неприятностей с хорватами у сербов возникли проблемы в Косово. После падения королевской Югославии большая часть края вошла в оккупационную зону Италии и управлялась итальянским наместником в албанской столице Тиране. Формально большая часть этой области и вся Метохия были присоединены к фашистской «Великой Албании». Этому марионеточному государственному устройству также достались области Западной Македонии.

Председатель албанского правительства Мустафа Кроя, обосновывая свою будущую политику на новых территориях, 30 мая 1941 г. прочитал пафосную лекцию в итальянской Королевской академии о природных и исторических корнях «Великой Албании».

Удивляет примитивность мышления человека, которого итальянцы поставили управлять целой страной: «Необходимо приложить усилия к тому, чтобы всех сербов-старожилов из Косова выгнать. Нужно всех сербов провозгласить колонистами и как таковых с помощью албанских и итальянских властей сослать в концентрационные лагеря в Албанию. А сербов-переселенцев нужно убить». Эти «исторические» слова он провозгласил во время поездки по Косово и Метохии в июне 1942 г..

Местные албанцы восприняли заявления своего лидера как руководство к действию. С помощью своих соплеменников из Албании и под покровительством фашистского режима они развернули против косовских сербов кампанию погромов и преследований. Всего за первый год было убито более 10 тыс. сербов. В результате огромное их число снялись с насиженных мест и уехали в Сербию.

Немецкая администрация, пришедшая на смену итальянцам в 1943 г., с еще большим усердием принялась разыгрывать националистическую албанскую карту.

Албанские качаки , а затем члены организации «Балли комбетар» (баллисты) к концу войны практически полностью очистили Косово от сербов.

Тем временем албанцы массово переезжали туда на новое место жительства. Они занимали земельные участки и дома изгнанных сербов и, по сути, являлись захватчиками. За годы войны из Албании приехало более 100 тыс. чел. План итальянских миграционных служб был выполнен. В то же время Косово потеряло свыше 100 тыс. сербов убитыми и бежавшими от преследований. Таким образом, этническая структура населения в этой области кардинально изменилась всего за четыре года. Основа всех косовских проблем, проявившихся в последующие десятилетия, была заложена именно во время Второй мировой войны итальянцами, а затем немцами.

Поражение Югославии в апрельской войне 1941 г. привело к ее распаду и началу затяжных конфликтов. Причем они носили характер не только межэтнической, но и гражданской войны.

В это время на территории страны действовали десятки различных группировок, имевших порой кардинально противоположные идеи и цели.

Коллаборационисты в созданных оккупантами «державах» взяли на вооружение и фашистские расовые теории, и традиции собственного крайнего национализма. Четники и «недичевцы» в Сербии, усташи в Хорватии, белогвардейцы в Словении, бойцы мусульманских формирований беспрерывно воевали между собой за создание «независимых» моноэтнических государств. Для мирного населения, независимо от национальности, вооруженная борьба воинских формирований означала постоянную угрозу физического уничтожения по тому или иному признаку.

Из самых сильных профашистских организаций того времени можно выделить вооруженные формирования Независимого государства Хорватия, а также правительства сербских коллаборационистов генерала Милана Недича.

Антифашисты были представлены двумя основными силами – коммунистами во главе с Иосипом Броз Тито и антикоммунистами сербского националистического сопротивления оккупантам генерала Драже Михайловича.

Именно между этой четверкой развернулась основная борьба за форму будущей государственности Югославии. Если сербские и хорватские фашисты были солидарны в том, что балканской стране суждено распасться на отдельные моноэтнические государства, то Тито и Михайлович отстаивали идею восстановления Югославии. Разница во взглядах последних, помимо идеологической, заключалась в будущем территориально-административном устройстве страны. Михайлович в националистических традициях ратовал за монархию – централистское государство, Тито был более прагматичен и осторожен. Он считал, что Югославия сможет стать устойчивым объединением, только будучи этнотерриториальной федерацией. Возможно, причиной его взглядов являлось то, что он был хорватом по национальности.

Немецкий оккупационный режим в Сербии имел далеко идущие планы – создание «имперской крепости» Белграда, установление господства на Дунае, полное подчинение военно-промышленным целям рейха богатых источников стратегического сырья. Югославия была расчленена. Словению разделили между собой Италия и Германия, Македонию отдали «Великой Албании» и Болгарии, Черногория отошла под итальянский протекторат. Венгрии за верность немцы подарили часть самой Сербии. А Босния и Герцеговина вошла в состав новосозданного Независимого государства Хорватия. Собственно, Сербия осталась под немецким сапогом в своих границах 1912 г..

1 мая 1941 г. в столице было сформировано коллаборационистское «комиссарское правительство», возглавляемое бывшим шефом полиции Белграда Миланом Ачимовичем. В него вошли представители многих партий довоенной Югославии,а также командного состава бывшей королевской армии.

Спустя четыре месяца на смену «комиссарскому правительству» пришло так называемое правительство Сербии во главе с бывшим генералом, бывшим военным министром Миланом Недичем. Немцы рассчитывали, что Недич сможет наиболее решительно справиться с коммунистическими партизанами. Для этого они всячески создавали видимость независимости Сербии под эгидой Германии и позволили сформировать «сербские вооруженные силы» для борьбы с повстанцами.

Недич старался. Он даже сумел наладить сотрудничество не только с руководителем сербских фашистов Димитрием Летичем, но даже с антифашистским лидером четников Драже Михайловичем, который одинаково ненавидел как оккупантов, так и коммунистов. 

Милан Недич выбрал удачное время для налаживания контактов с Михайловичем. С лета по осень 1941 г. четники совместно с коммунистами подняли широкомасштабное восстание и сообща воевали против оккупантов. Михайлович и лидер КПЮ Тито неоднократно встречались для координации действий. Однако к концу осени между двумя силами наметились неустранимые противоречия, вызванные совершенно разными идеологическими подходами. Коммунисты со свойственным им классовым радикализмом пытались создать в свободных зонах Черногории нечто наподобие колхозов Это сопровождалось массовыми расстрелами крестьян, которых заподозрили в том, что они являются кулаками, и призывами начинать пролетарскую революцию. Действия коммунистов вызвали возмущение со стороны крестьянства и гнев четников.

Поэтому Михайлович согласился принять помощь от коллаборационистского правительства для борьбы с коммунистами. Параллельно ему помогали эмигрантское правительство в Лондоне и англичане, которые регулярно сбрасывали четникам с самолетов оружие, боеприпасы, медикаменты, а также крупные суммы денег. Вооруженную борьбу против партизан Михайлович начал осенью 1941 г., и к началу 1942 г. между двумя основными антифашистскими силами уже шла настоящая война.

Немцы были довольны. Пока их враги грызлись, оккупанты могли чувствовать себя в безопасности. Вообще стравливание политических сил, различных наций, всех, кого Германия считала своими врагами, Гитлер всегда считал одной из главнейших задач на оккупированных землях.

Однако немцы переоценили возможности своего ставленника Недича. Он так и не смог нанести коммунистам-партизанам решающий удар. Более того, с 1941 по 1943 г. последние сумели создать сильную и мобильную военную организацию, намного более эффективную, чем у четников.

Последнее изменение Суббота, 13 Декабрь 2014 15:20

Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии
Go to top