Подготовка к войне

Причиной новой войны на Балканах стало то, что косовские албанцы неоднократно провоцировали столкновения с югославскими властями, добиваясь – и это всем хорошо известно – не автономии, а независимости. Это были силы заведомо сепаратистские и, что гораздо хуже, не склонные к терроризму. Запад возмущался действиями официального Белграда, но в то же время на албанские «художества» смотрел сквозь пальцы. 

Формально официальный Белград был обвинен в нарушении прав албанского этнического и религиозного меньшинства и превышении силовыми структурами мер воздействия на албанских сепаратистов.

Однако реальные мотивы выглядели несколько иначе. НАТО во главе с Соединенными Штатами хотело ликвидировать очаг межэтнической напряженности на Балканах, реализуя на практике свою новую концепцию, и обеспечить приоритетную роль Альянса в Европе и мире. Кроме того, США вынашивали и более амбициозные планы: резко ослабить роль и влияние всех международных организаций, чтобы наглядно показать, что НАТО, а не ООН и ОБСЕ, является организацией, гарантирующей мир и стабильность на планете. Втайне США мечтали закончить «идеологическую чистку» в Европе, устранив режим президента Югославии Слободана Милошевича, который не вписывался в натовские стандарты, и завершить геополитическую перегруппировку сил в Европе, перенеся границы НАТО на Восток и создав новый «железный занавес», тем самым вытеснив из Европы Россию. 

Целью воздушной операции, проводимой НАТО, являлся подрыв оборонного и экономического потенциала Югославии, психологическое устрашение сербов, а не облегчение судьбы албанских беженцев, как это преподносилось общественности. Программой-максимум было свержение президента Слободана Милошевича и установление лояльного к Западу режима с последующим превращением Югославии в государство-сателлит. 

Уместно также напомнить и экономический подтекст операции. Еще задолго до войны, в мае 1996 г., в Турции на заседании Билдербергского клуба обсуждалась ситуация в Косово, причем в чисто экономической плоскости. Вопрос был поднят не случайно. Дело в том, что ранее Запад получал стратегически важный металл хром в основном из Заира, однако в 1994 г.после свержения режима Мабуту хромовые поставки оказались под угрозой. На территории же Косово (вместе с Албанией) находится до 90 % разведанных европейских запасов этого сырья, стоимость доставки которого к европейским потребителям в 10 раз ниже, чем из Заира. 

Однако же официальной целью операции объявлялось разъединение конфликтующих сторон, установление буферных зон, осуществление контроля за прекращением огня, оказание гуманитарной помощи населению и предотвращение дестабилизации Балкан в случае, если конфликт выплеснется на сопредельные государства.

Насколько же законной была операция «Союзническая сила» («Allied Force») с точки зрения международного права? По сути, 24 марта 1999 г., начав войну против Союзной Республики Югославии, военный блок НАТО осуществил открытый акт агрессии против суверенного государства – члена ООН, которое не дало ни малейшего повода для этого ни одному из 16 государств – членов Альянса, ни самому блоку в целом.

Совет Безопасности отклонил проект резолюции, внесенный Россией совместно с Белоруссией и Индией. В проекте выражалась глубокая обеспокоенность тем, что НАТО применило против СРЮ военную силу без полномочий от Совета Безопасности, и содержался ряд других положений, осуждавших действия НАТО. Предложенный документ определял использование силы блоком НАТО против СРЮ как угрозу международному миру и безопасности, требовал незамедлительного прекращения применения силы и срочного возобновления переговоров. За проект проголосовали лишь три страны – Россия, Китай и Намибия; против были 12 государств – США, Великобритания, Франция, Бахрейн, Габон, Гамбия, Канада, Коста-Рика, Малайзия, Нидерланды и Словения. Отклонив проект резолюции, Совет Безопасности отказался должным образом квалифицировать действия НАТО и осудить их, развязав тем самым руки агрессору, который на протяжении почти трех месяцев ежедневно подвергал массированным ракетно-бомбовым ударам территорию СРЮ. 

В то же время СБ ООН не дал своего разрешения на бомбардировку Югославии, следовательно, НАТО начало войну незаконно. Поэтому военные действия Альянса полностью подпадают под определение агрессии, утвержденной Генеральной Ассамблеей ООН 14 декабря 1974 г., где, в частности, говорится: «Будет квалифицироваться в качестве акта агрессии… бомбардировка вооруженными силами государства или применение любого оружия государством против территории другого государства». В определении подчеркивается, что «никакие соображения любого характера, будь то политического, экономического, военного или иного характера, не могут служить оправданием агрессии».

Устав ООН обязывает государства разрешать свои международные споры мирными средствами и воздерживаться от угрозы силы и ее применения. За исключением случаев самообороны, региональные или любые другие военно-политические организации, в том числе НАТО, не имеют прав применять силу без полномочий Совета Безопасности.

Несмотря на явный недостаток юридических обоснований, НАТО решило атаковать Югославию. План действий был прост. Ударами с воздуха сперва планировалось уничтожить систему ПВО Югославии, разрушить основу военно-экономического потенциала, нарушить устойчивость государственного и военного управления, подорвать моральный дух населения и лишить вооруженные силы способности продолжать военные действия. Все это в конечном счете должно было привести к падению президента Милошевича.

Однако в современном мире помимо обычной войны существует еще и информационная, и выиграть ее, пожалуй, не менее важно, чем собственно сражение. Эффективность боевых действий и успехи армии напрямую зависят от информационной составляющей войны. В новых условиях получила всестороннюю разработку теория «управляемой войны», направленная не столько на непосредственное уничтожение противника, сколько на достижение политических целей без сражений и массовых армий. Вопрос решается агрессивным подавлением воли противника к сопротивлению, способностью с первых часов войны парализовать его государственное и военное управление, нанести сокрушительное поражение армии и тем самым поставить ее перед необходимостью полной и безоговорочной капитуляции. Акцент делается на том, чтобы с помощью новых средств ведения войны парализовать войска, не уничтожая их.

Речь идет об изощренной стратегии «непрямых действий». По убеждению натовских специалистов, информационная война – это «способ вооруженной борьбы, направленный на достижение военного превосходства над противником и основанный на контроле и использовании информации». Американские эксперты в данном вопросе выделяют шесть пунктов понятия «информационная война»:

1. Проведение разведки военного, экономического, политического и культурного потенциала противника и воспрепятствование аналогичным действиям с его стороны.
2. Разрушение или подавление информационной системы боевого управления и связи войск противника и защита своих аналогичных систем.
3. Обеспечение беспрепятственного доступа к глобальным информационным системам и недопущение доступа к ним противника.
4. Широкое использование автоматизированных систем управления как средства информационного обеспечения любых видов боевой деятельности – от тестирования военного оборудования и техники до непосредственного производства стрельбы из различных видов оружия.
5. Установление гибкой и мобильной информационной и разведывательной баз данных.
6. Компьютерное воспроизводство реального поля боя, его широкое использование в деле обучения полевых командиров всех степеней.

Кроме всего, подразумевается, что информационная война – это еще и боевые действия, при которых противоборствующие стороны используют информационно насыщенное высокотехнологичное оружие. Так, крылатые ракеты и управляемые авиабомбы, примененные странами НАТО в Югославии, использовали спутниковую систему наведения GPS.

Новинкой стал такой прием, как создание имиджа несостоятельного государства, или, иными словами, государства, неспособного управлять своим обществом и предотвращать в нем внутренние конфликты, а значит, не умеющего управлять демократически. 

Такое положение – «несостоятельное государство» – послужило политической, массово-информационной и гуманитарной базой для агрессии. Дестабилизация страны путем создания социального хаоса показывает, что, как ни парадоксально, военные действия в эпоху глобализации начинаются уже в мирное время. Военная же интервенция представляет собой лишь верхушку айсберга.

Совместное действие телевидения, радио и прессы Соединенных Штатов в кажущейся неминуемой войне с Югославией достигло невиданного прежде масштаба. Все СМИ в один голос воспевали мужество Билла Клинтона и готовы были придумать любые предлоги для оправдания будущего нападения на независимое европейское государство. В рядах журналистов распространился вирус самоцензуры и, похоже, не было никакой вакцины, которая помогла бы избавиться от него. 

При планировании агрессии были определены объекты воздействия: на политическом уровне – широкие слои населения стран НАТО и мировая общественность, на стратегическом – правительство, народ и вооруженные силы Югославии.

Политические усилия информационных структур направлялись на формирование негативного представления о военно-политическом руководстве СРЮ как об источнике кризиса и «правильное» разъяснение причин гуманитарной катастрофы в Косово и Метохии. В то же время масштабы самой «гуманитарной катастрофы» преувеличивались, и как единственное решение проблемы предлагалось вмешательство мировой общественности. Предыстория гражданских, а затем и межгосударственных военно-политических конфликтов на территории бывшей Югославии не получала должного освещения, тем более что негативный образ СРЮ был создан и поддерживался в мировом общественном мнении еще со времени военного конфликта в Хорватии и Боснии и Герцеговине. 

Основной же стратегической целью всех этих газетных статей и телерепортажей являлось осуществление влияния на саму Югославию. Необходимо было дезориентировать высшее руководство страны, деморализовать вооруженные силы, подорвать гражданский дух, разрушить морально-этические ценности сербского народа и постоянно ссорить различные политические силы СРЮ. У военно-политического руководства СРЮ нужно было вызвать сдерживающий страх перед силовыми акциями НАТО, подчеркивая их реальность и афишируя высокую эффективность имеющихся вооружений и потенциальных возможностей объединенных вооруженных сил блока. Для запугивания и деморализации руководства страны-жертвы избиралась тактика прицельной информационной обработки ключевых фигур. Учитывались их психологические особенности, политические и иные ориентации. Пропагандировались формы общественного поведения, снижающие моральный потенциал нации.

При подготовке агрессии НАТО придавало огромное значение информационно-психологическому воздействию на руководство и население СРЮ. Для Югославии примерно с сентября 1998 г. наступили дни, которые в эпоху «холодной войны» называли «угрожаемым периодом». Сценарии, отрабатываемые НАТО при проведении крупных учений на территории соседних с Югославией стран, тогда отличались друг от друга, но принципиальная схема была такова, что маневры в любой момент могли перейти в реальные боевые действия. Считалось, такой подход мог ввести в заблуждение противника и затруднить определение момента «Ч», за минуту до которого и можно было нанести упреждающий удар. Кроме того, постоянно пребывая в состоянии неопределенности, в подвешенном состоянии, противник мог попросту «перегореть».

В целом в ходе информационной кампании на этапе подготовки агрессии НАТО удалось сформировать в мире нужное общественное мнение и добиться поддержки своих силовых акций в международных организациях. А вот выполнение других задач, как, например, разрушение единства народов СРЮ в отстаивании своих национальных интересов, было не столь успешным.

На втором, военном этапе планировалось дополнительно к мероприятиям, осуществляемым на первом этапе, применять «информационно-энергетическое оружие» (подавляющие и разрушающие радиоэлектронные, оптикоэлектронные, психотропные, программно-компьютерные и другие средства), а также «информационно-огневое оружие» – высокоточное оружие (ВТО), которое работает в комплексе с информационным каналом обнаружения, опознавания, целеуказания и наведения.

Среди новых видов оружия планировалось использовать управляемые авиабомбы JDAM с наведением по сигналам космической радионавигационной системы GPS (США); управляемые авиабомбы JSOW и WCMD; графитовые бомбы, нарушающие подачу электроэнергии, что достигалось осуществлением массированного «душа» из угольных нитей, которые вызывали короткие замыкания в системах электропитания; авиабомбы для вывода из строя радиолокационных средств («И»-бомбы, обладающие способностью генерировать мощные электромагнитные импульсы в радиодиапазоне частот).

Таким образом, непосредственно во время агрессии высокоточное оружие должно было применяться для полного разрушения штаб-квартир, командных пунктов и центров боевого управления войск (сил) югославской армии, а также экономической инфраструктуры страны.

Электронные средства и электромагнитное оружие также должны были подавить и нейтрализовать работу центров сбора и обработки информации вооруженных сил Югославии, вывести из строя их средства связи и радиолокационные станции.

Имитации подготовки и проведения наступательных действий были призваны вводить в заблуждение югославские органы, ответственные за сбор, обработку и анализ разведывательной информации о противнике.

При реализации перечисленных способов ведения информационной войны важнейшими из них были информационно-пропагандистские акции, радиоэлектронная борьба, дезинформация. Использовались также специально разработанные методики и новые технологии разрушения баз данных, нарушения работы югославских компьютерных сетей. Станции голосовой дезинформации, разрабатываемые в США, позволяли входить в радиосети югославской армии и смоделированным компьютером голосом командира какого-либо подразделения отдавать войскам различные приказы. Таким образом, управление югославскими войсками было нарушено.

Основные усилия в информационных операциях планировалось направить на поражение и нейтрализацию информационных структур, систем управления и обеспечивающих инфраструктур. Следует напомнить, что информационные структуры – это средства наблюдения и разведки, РЛС, станции наведения ракет, узлы и линии связи, приемные и передающие центры связи, радиорелейные станции, антенны и передающие устройства телевизионных и широковещательных станций; обеспечивающие инфраструктуры – линии электропередач, преобразующие и распределительные устройства электроснабжения.

План информационной войны был согласован со всеми странами – участницами НАТО, которые выделили свои воинские контингенты. В ее проведении участвовали высшие политические руководства стран НАТО, министерства иностранных дел, спецслужбы, национальные СМИ, армейские структуры ведения психологических операций. Это подтверждается многочисленными теле- и радиозаявлениями президента и государственного секретаря США, премьер-министра Великобритании, генерального секретаря НАТО, руководителей министерств иностранных дел и обороны стран-членов Североатлантического альянса.

Важнейшей составной информационной войны было проведение психологических операций, особенно с использованием телевидения, радио и печати, которые должны были подрывать моральный дух войск и населения СРЮ. Среди основных задач СМИ, решаемых в ходе операции «Союзническая сила», американские специалисты выделяли следующие:

- добиваться понимания и одобрения действий НАТО в мировом масштабе;
- представлять США и НАТО в качестве единственного и надежного защитника косовских албанцев, способного справиться с ситуацией;
- подрывать международный авторитет СРЮ, ее сотрудничество с другими странами;
- способствовать возникновению среди военнослужащих Югославии разногласий и массового психоза, подрывать их способность к сопротивлению, склонять к дезертирству и сдаче в плен;
- содействовать расколу в югославском руководстве, подрывать доверие к нему со стороны населения;
- провоцировать социальные, политические, национальные и религиозные столкновения;
- способствовать объединению действий дружественных стран НАТО в борьбе против Югославии;
- наносить ущерб жизненно важным интересам государства в политической, экономической, оборонной и других сферах.

Средства массовой информации в косовском конфликте вели настоящее сражение за общественное мнение. Белград всеми силами пытался противостоять Вашингтону. В то время как на Западе формировалась установка на оправдание решительных действий Альянса во имя защиты прав человека, Югославия создавала образ агрессора в лице стран НАТО. Средства массовой информации, поддерживающие режим Милошевича, вели активную психологическую обработку югославского общества, именуя НАТО варварами и агрессорами и выставляя этнических албанцев расой насильников, обманщиков и наркоторговцев. Западные же СМИ вносили свой вклад, создавая из Милошевича демонический образ врага номер один европейской демократии, последнего коммуниста в Европе. 

В агрессивной натовской информационной политике были задействованы слухи, спекуляции; как «железобетонные» факты нередко преподносилась откровенная ложь. Вторжение сил НАТО именовалось «гуманитарной акцией», общественное мнение активно убеждали в том, что военные действия направлены против одного человека и его военной инфраструктуры. Всячески отвлекалось внимание от последствий военных действий для гражданского населения. Жертвы среди мирных жителей проходили по разряду «грубых ошибок» и «побочного ущерба». Расхожей фразой у чиновников НАТО стало определение «отдельные, случайные и неизбежные потери среди мирного населения». 

Правдивая информация о жертвах среди мирного населения была наиболее опасна для НАТО, поскольку она могла повредить единству антиюгославского альянса. Поэтому на вопросы журналистов о жертвах у натовских информаторов была наготове явная ложь, которая якобы подкреплялась надуманными фактами зверств сербской армии, например, показывались колонны албанских беженцев из Косово. Выступление лидера косовских албанцев Ибрагима Руговы по югославскому телевидению с осуждением натовских бомбежек было объявлено фальсификацией. Журналисты не могли свободно работать в зоне боевых действий, однако присутствие независимых журналистов в Белграде в некоторой степени сдерживало «полет фантазии» натовцев. Эти журналисты напоминали обществу, что практически всегда жертвами даже самых «точечных» бомбовых ударов становятся невинные люди, что за информационным фасадом «бескровной войны нового поколения» скрывается все та же кровавая и ужасная бойня. Официальные лица настаивали на том, что «война ведется не с югославским народом», но иные, независимые источники сообщали, что в результате натовской военной операции погибли 2000 мирных жителей, 6000 были ранены, разрушено 300 промышленных объектов, 200 школ, 20 больниц, 30 клиник, 60 мостов и 5 аэропортов. 

Нанося ракетно-бомбовые удары по основным информационным центрам, представители Альянса обратились к властям Югославии с предложением предоставить им шесть часов вещания. Кроме того, для оккупации информационного пространства Югославии НАТО использовало несколько самолетов EC-130E/RR группы «Коммандо Соло» («Commando Solo»), с телерадиостанцией на борту, транслировавшей свои передачи в системе, которая использовалась сербским телевидением. Это была единственная в мире авиагруппа, предназначавшаяся для психологических операций.

В информационном плане телевидение Запада вело активное наступление на обывателя и демонстрировало документальные фильмы, чтобы все воочию убедились в непобедимости Запада, а заодно замерли от ужаса, увидев разрушенную Югославию. Циничные же надписи на натовских бомбах в канун православной Пасхи – «Счастливой Пасхи» и «Надеемся, что это вам понравится» – говорят сами за себя. 

В ходе мероприятий, проводимых силами психологических операций Вооруженных сил США, над Югославией было сброшено 22 млн листовок с призывами к сербам выступить против президента Слободана Милошевича и способствовать эффективному завершению операции НАТО в Косово. Так, 29 мая после бомбардировки Приштины американские стратегические бомбардировщики В-52 начали разбрасывать над административным центром Косово листовки. В них сообщалось: «Если хотите остаться в живых и вернуться к своим семьям, немедленно покиньте Косово, так как НАТО сейчас использует В-52 для сбрасывания бомб Mk-82 массой 225 кг. Каждый самолет несет более 50 таких бомб». На обратной стороне листовки был изображен летящий бомбардировщик, сбрасывающий десятки бомб, и надпись: «Тысячи бомб будут непрерывно сбрасываться на вашу часть, за нами – воля, мощь и поддержка всего мира».

Впервые мощное информационное обеспечение операции «Союзническая сила» было развернуто в сети Интернет. По оценкам специалистов, более 300 тыс. сайтов были посвящены или в разной степени затрагивали косовскую проблему и военную операцию НАТО в Югославии. Подавляющее большинство их были созданы непосредственно американскими специалистами по компьютерным технологиям и, следовательно, активно участвовали в пропагандистской кампании Альянса. В свою очередь, югославские хакеры неоднократно пытались проникнуть через Интернет в локальные вычислительные сети, используемые в штабах НАТО. Массовые запросы серверов этих сетей в отдельные периоды времени затруднили функционирование электронной почты. И хотя действия хакеров имели эпизодический характер, применение такого рода технологий уже тогда следовало считать перспективным направлением в информационных войнах.

В этот же период на телевизионном канале СиЭнЭн прошла серия заказных передач, большую часть эфирного времени которых военные эксперты и аналитики разглагольствовали и вели активную пропаганду в пользу действий НАТО. Ведущим корреспондентом СиЭнЭн, умело спекулировавшим на чувствах американцев, являлась Кристиана Аманпор – жена официального представителя госдепартамента США Джеймса Рубина. Следует отметить, что использование корреспондента-женщины для освещения сюжетов о зверствах сербов в Косово и Метохии, страданиях косовских женщин и детей имело сильное психологическое воздействие на американскую аудиторию.

Только в течение первых двух недель операции в Косово и Метохии СиЭнЭн подготовил более 30 статей, которые были размещены в Интернете. В среднем каждая статья содержала около десяти упоминаний о Тони Блэре со ссылками на официальных представителей НАТО. Примерно столько же раз в каждой статье использовались слова «беженцы», «этнические чистки», «массовые убийства». В то же время упоминание о жертвах среди мирного населения Югославии встречалось в среднем 0,3 раза. Анализ содержания текста сообщений позволяет сделать вывод о том, что проводимые психологические операции были хорошо подготовлены и отработаны.

Одним из безотказных приемов воздействия на аудиторию стало использование так называемых объективных цифр и документальных данных. Так, один из аналитиков CиЭнЭн заявил о якобы имевшем место факте использования 700 албанских детей для создания банка крови, предназначенного сербским солдатам. Такая дезинформация, естественно, произвела сильное впечатление на общественное мнение Запада.

Несмотря на все эти усилия, шаг, предпринятый США и их партнерами по НАТО в отношении Югославии, нельзя было расценить иначе как агрессию. Тем не менее официальному Вашингтону в целом удалось затушевать этот факт хотя бы для американской аудитории. Сообщения национальных СМИ выдерживались в основном в ура-патриотических и антисербских тонах.

Деятельность CиЭнЭн во взаимодействии с другими СМИ, а также с группами психологических операций ВС США была рассчитана на максимальный охват аудитории, возможность активного ведения дезинформации и включала в себя разнообразные формы подачи материалов в зависимости от восприимчивости аудитории.

В качестве вспомогательных методов по оказанию психологического давления на несговорчивых югославов американские специалисты избрали введение против Югославии полной экономической блокады, провоцирование гражданского неповиновения, массовых митингов и демонстраций протеста, а также осуществление нелегальных подрывных и террористических акций.

В целом средства массовой информации стран, участвующих в войне против Югославии, руководствовались принципом министра пропаганды гитлеровской Германии Йозефа Геббельса: «Средства массовой информации – это оружие войны. Их задача состоит в том, чтобы вести войну, а не в том, чтобы что-то сообщать».

Командование НАТО тщательно фильтровало сообщения для СМИ и наложило особые ограничения на любую информацию о потерях авиации. Кроме того, запрещалось показывать результаты «работы» натовских бомбардировщиков, чтобы не вызывать жалости к сербам со стороны общественности.

В ходе войны отрабатывалась тактика массового зомбирования населения всего мира с использованием стандартного медийного принципа KISS – «Keep it Simple, Stupid» («Как можно проще и глупее»), дабы обезопасить Соединенные Штаты от выступлений против их «нового мирового порядка».
Примечательно, что до начала войны директивой президента PDD-68 от 30 января 1999 г. Белый дом создал новую структуру под названием «Интернешенл Паблик Информейшн Груп» («International Public Information Group») (IPI). В задачи этой организации входило профессиональное использование разведывательной информации в целях оказания влияния «на эмоции, мотивы, поведение иностранных правительств, организаций и отдельных граждан».

Особую роль в пропагандистской кампании против Сербии сыграли фирмы, специализирующиеся на связях с общественностью, и прежде всего «Рудер энд Финн Глобал Паблик Аффэарз» («Ruder&Finn Global Public Affairs») – официальный агент «правительства» самопровозглашенной Республики Косово.

Эта контора уже имела опыт грязной борьбы с сербами. С 1991 г. она работала на правительства Словении и Хорватии, а с мая по декабрь 1992 г. – на «центральное правительство боснийских мусульман». Так, в начале 90-х годов почти исключительно благодаря усилиям этой фирмы произошла переориентация еврейской общины США на поддержку националистических сил в Хорватии и Боснии в их борьбе с сербами.

В ноябре 1992 г. Минюстом США был зарегистрирован контракт между «Рудер энд Финн» и «правительством» Республики Косово, подписанный президентом фирмы Джеймсом Харфом и премьер-министром «правительства» косовских албанцев в изгнании Буяром Букоши. Первым ходом нового защитника албанцев была попытка добиться присутствия делегации от непризнанной Республики Косово на инаугурации президента Билла Клинтона в январе 1993 г.

Однако Харф был неосторожен и в приступе хвастовства 24 апреля 1993 года сообщил известному французскому публицисту и специалисту Жаку Мерлину тактику агентства «Рудер энд Финн», тогда активного в Хорватии и Боснии, а затем в Албании: «Мы в один миг сделали сербов нацистами…».

Уже в 1994 г. около двух третей всех средств, заработанных «Рудер энд Финн» в бывшей Югославии, поступило от «правительства» Косово. Позднее к раскручиванию косовской темы в американских средствах массовой информации подключилась респектабельная юридическая контора «Арнольд энд Портер» («Arnold&Porter»). В то же время правительство Сербии, которому из-за экономических санкций невозможно было заключать контракты с американскими фирмами, не имело таких рычагов влияния на общественное мнение в США.

«Мы можем, – откровенно говорил глава фирмы «Рудер энд Финн» Джеймс Харф, – за несколько минут разослать четкую информацию, всем, кто, по нашим расчетам, отреагирует. Наше ремесло – посеять информацию, чтобы она как можно быстрее циркулировала, чтобы тезисы, благоприятные для нашего дела, были первыми, получившими наше распространение. Скорость – существенный фактор. Если какая-то информация представляет ценность для нас, мы должны сразу же внедрить ее в общественное мнение, потому что хорошо знаем, что в расчет принимается первая информация. Опровержения не имеют никакой эффективности… Важно обращаться к нужным личностям».

С помощью компьютера и факса фирма обслуживала несколько сотен ведущих политиков, журналистов, руководителей гуманитарных организаций, профессоров университетских центров, фильтруя информацию и в считанные минуты поставляя нужные сведения нужным людям. Она активно тиражировала так называемые эксклюзивные материалы.

Именно Джеймс Харф внедрил в общественное мнение ряд штампов, таких как «концлагерь», «массовые изнасилования», «геноцид», приклеив их к сербам. Все это привело к тому, что в общественном мнении сложился стереотип кровожадного серба, виновного во всех драматических процессах, происходящих на Балканах.

Сегодня информационная война ведется на трех взаимных уровнях: электронные медиа играют роль артиллерии, затем сенсацию подхватывает бульварная истерия и, наконец, политики доводят своими заявлениями ситуацию до накала и «пасуют мяч».

Таким образом, когда «камеры опережают пушки, а глашатаи современной эры, творцы глобальной информации, выступают как авангард перед политиками и генералами, то для правды и исторической истины остается мало места. Все поддается закону тиража и квот, чему-то третьему, скрытому под маской сенсации…».

Дезинформация активно использовалась натовцами для скрытия их собственных ошибок. Так, после гибели мирных жителей при уничтожении моста через реку Южная Морава в Югославии официальные представители НАТО заявили, что поезд с людьми двигался слишком быстро и траектории запущенных с самолетов ракет было уже невозможно изменить. В качестве документального подтверждения этой версии были продемонстрированы видеоленты, снятые телекамерами, установленными в боеголовках двух ракет, уничтоживших мост и поезд. Но в начале 2001 г. привлеченные немецкой газетой «Франкфуртер Рундшау» эксперты наглядно доказали, что кадры видеоленты демонстрировались со скоростью, в три раза превышающей реальную. Припертые к стене неопровержимыми фактами представители командования НАТО в Брюсселе были вынуждены подтвердить эту информацию, объяснив происшедшее «технической проблемой». Самым пикантным в этой «технической проблеме» оказалось то, что счетчик хронометража, в кадре видеоленты, показывал не утроенную а вполне нормальную скорость…

Вместе с тем в ходе боевых действий выяснилось, что и руководство СРЮ оказалось способным умело управлять информацией и противостоять информационному давлению со стороны НАТО.

Анализ событий показывает, что руководства США и НАТО на первом этапе операции оказались не в полной мере готовыми к таким ответным действиям СРЮ. Подтверждением тому являются не только негативные для НАТО результаты социологических опросов, но и конкретные действия Альянса, предпринятые уже по ходу второго этапа операции для того, чтобы вернуть утраченную инициативу в информационном противоборстве.

Используя все возможности СМИ, военно-политическому руководству Югославии временно удалось перехватить инициативу. Югославские СМИ, задействованные в пропагандистской кампании, удачно и своевременно использовали факты жертв среди гражданского сербского и албанского населения Косово и Метохии, нарушений Объединенными военными силами НАТО основных положений Женевских конвенций и дополнительных протоколов к ним, а также поддержку политических, религиозных и общественных деятелей России, Украины, Беларуси и других государств.

Руководство СРЮ вынуждено было принять ряд мер: ограничение передвижения иностранных журналистов, введение запретов на распространение определенной информации. Этим оно добилось сокращения количества сообщений СМИ негативного характера о проводимой им политике.

Таким образом, своевременно принятые политическим и военным руководством СРЮ на первом этапе операции «Союзническая сила» меры помешали США и блоку НАТО убедить мировую общественность в адекватности методов и способов проведения военной операции в Югославии, справедливости ее целей и задач. В результате в мировом общественном мнении произошел определенный раскол в отношении политики США и НАТО на Балканах.

Проведенные контрмеры вызвали прилив патриотических чувств у населения Югославии и подъем морально-психологического состояния военнослужащих ВС СРЮ.

Временные неудачи США и их союзников по Альянсу в информационно-психологическом противоборстве с Югославией были обусловлены и многочисленными ошибками, допущенными руководством НАТО в сфере связей с общественностью. Так, настоящий провал произошел при интерпретации руководителями НАТО факта авиационного удара по колонне беженцев в Косово и Метохии 14 апреля 1999 г. Пресс-службе Альянса потребовалось пять дней, чтобы в конце концов предоставить собственную более-менее вразумительную версию случившегося.

Несогласованность действий руководителей блока и его пресс-службы наблюдалась также при оправдании авиационных ударов ОВВС по зданию посольства Китая в Белграде 8 мая, транспортным средствам и жилым кварталам в городах Алексинац, Приштина, Сурдулица, Софии, Ниш, Крушевац, Нови-Пазар и другим объектам.

Участившиеся провалы и упущения в работе пресс-службы НАТО привели к тому, что в ходе второго этапа операции в штаб-квартире блока в Брюсселе произошла серьезная реорганизация информационно-пропагандистского аппарата НАТО. Аппарат пресс-службы был усилен опытными специалистами в области паблик рилейшнз, в том числе организаторами предвыборных кампаний в США и Великобритании. Для восстановления утраченного в информационном противоборстве превосходства НАТО предприняло целый ряд решительных мер.

С целью подрыва информационно-пропагандистского потенциала Югославии ОВВС НАТО нанесли ракетно-бомбовые удары по теле- и радиостанциям, студиям и ретрансляторам, редакциям СМИ, большинство которых было уничтожено, что фактически означало ликвидацию системы телерадиовещания СРЮ.

Можно констатировать, что подобные действия авиации НАТО были спланированы с целью отсечь население от Белграда в информационном плане.
На исходе второго месяца вооруженного конфликта под давлением НАТО совет директоров европейской телевизионной компании «Еутелсат» принял решение о запрете компании «Радио и телевидение Сербии» вести вещание через спутник. В результате Сербское государственное телевидение лишилось последней возможности транслировать передачи на страны Европы и значительную часть территории своей республики.

В итоге, несмотря на отдельные сбои, руководство НАТО опять сумело переломить ситуацию в информационно-психологическом противоборстве с Югославией и завоевать информационное превосходство. Информационно-пропагандистский аппарат Альянса в основном выполнил поставленные перед ним задачи, своевременно внес коррективы в свою деятельность, разработал и применил новые формы и методы информационно-психологического воздействия на противника.

Например в средствах массовой информации произошла трансформация терминологии описания военных конфликтов. Вместо привычных определений «военная операция», «вторжение», «атака» стали использоваться такие словосочетания, как «миротворческая операция», «антитеррористическая операция», «гуманитарная миссия», «контроль ситуации». Фактически продолжалась манипуляция терминологией: в глазах мировой общественности было изменено само понятие войны, то есть война как будто есть – и в то же время ее нет.

Как видим, информационное противоборство в операции «Союзническая сила» занимало значительное место в действиях противостоящих сторон. Полученный опыт, а также перспективы технического развития дают основание выделить этот вид противоборства в отдельную область противостояния между государствами или союзами государств. Особенность такого противостояния заключается в скрытости мероприятий, находящихся в контексте общей политики государств, преследующих свои национальные интересы.

Можно констатировать, что информационная составляющая любого локального вооруженного конфликта является существенным элементом, учитываемым при планировании и проведении военных операций. При этом продуманное, гибкое и максимально полное использование разнообразных возможностей СМИ становится одним из важных факторов в современных и будущих вооруженных конфликтах.

Последнее изменение Воскресенье, 14 Декабрь 2014 12:32

Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии

Другие материалы в этой категории:

Go to top