Иран и США: великое противостояние. США наращивает давление

БЛА США Раптор в Персидском заливе БЛА США Раптор в Персидском заливе

 

С момента окончания Второй мировой войны Иран играл важнейшую роль во внешней политике Соединенных Штатов. Один из первых крупных конфликтов, возникших между СССР и США в послевоенный период, касался присутствия советских войск в северном Иране. Советский Союз решил вывести свои войска, не желая рисковать опасностью вооруженного столкновения с США (поддерживаемыми Британией).

В послевоенный период американское доминирование над нефтяными ресурсами Персидского залива зависело от трех стратегических партнеров:

          • Саудовской Аравии, крупнейшего мирового производителя нефти;
          • государства Израиль, финансируемого и вооружаемого США союзника на территории бывшей арабской Палестины  
          • Ирана.

Шах Реза Пехлеви, усилиями ЦРУ оказавшийся на «павлиньем троне» в результате государственного переворота против демократически избранного правительства премьера Мохаммеда Мосаддыка в 1953 году, в следующие четверть столетия внимательно следил за тем, чтобы американские интересы в Персидском заливе и на Ближнем Востоке неукоснительно соблюдались. Его режим держался при помощи безжалостной силовой структуры САВАК, которая пытала и убивала противников режима. Шах поддерживался со стороны США потоком вооружений и советников.

После падения в Иране шахского режима, который Вашингтон рассматривал как охранника «стратегических интересов» Запада в районе, американская администрация взяла курс на расширение своего прямого военного присутствия в самых разнообразных формах в зоне Персидского залива. Создание баз и складов, доступ к военным объектам стран региона, получение разного рода

«льгот», продажа оружия, совместные маневры, рост численности боевых кораблей военно-морской эскадры США на Ближнем Востоке — вот далеко не полный перечень тех мероприятий, которые администрация США настойчиво осуществляла в этом районе в течение последних лет.

Первоначальным ответом США на падение шаха стало опубликование так называемой «доктрины Картера», которая провозглашала допустимость американской военной интервенции против любой угрозы поставкам нефти из Персидского залива. Дополнением к этому стало усиление американского присутствия и активности на обоих флангах новой исламской республики в Иране — в Афганистане и Ираке.

В 1979 году США впервые ввели экономические санкции против Ирана. Эти санкции периодически продлеваются и действуют по сей день. Американским фирмам и их иностранным подразделениям запрещено вести бизнес в Иране (любопытно, что в Иране свободно продается продукция компаний Pepsi и Coca-Cola). Жертвами санкций становились и иностранные (то есть не американские и не иранские) компании, которые, по данным США, передавали технологии и товары военного или двойного назначения Ирану или участвовали в разработке его полезных ископаемых.

Революция 1979 года и возникновение в Иране националистического режима кардинально изменили стратегические отношения на Ближнем Востоке и в Центральной Азии в ущерб позициям США и, следует добавить, Израиля. Соединенные Штаты ответили на потерю своего «жандарма» в Персидском заливе тем, что поддержали Ирак Саддама Хусейна (который стал, как требовалось, американским союзником) в его военном нападении на Иран.

Тегеран не дал разместить на своей территории американские военные объекты, лишив США ценных военных баз и пунктов радиолокационного наблюдения, ориентированных на север, в сторону СССР. В более позднее время Иран выступил в качестве главного покровителя исламистских противников Израиля, таких как ливанская «Хезболла» и «Хамас» в секторе Газа.

С 1995 года США не закупают товары и услуги у фирм, которые ведут бизнес в Иране и объем инвестиций которых превышает $20 млн. Иранцы убеждены, что США активно используют свое влияние в международных финансовых структурах, таких, как Всемирный банк и Международный валютный фонд, чтобы лишить Иран доступа к кредитам.

США успешно препятствуют строительству международных нефтеи газопроводов, проходящих по территории Ирана. Кроме того, в 1990-е годы США заблокировали ряд крупных инвестиционных проектов в Иране (к примеру, в 1994 году Япония отказалась предоставить Ирану крупный кредит на строительство дамб). В 2002 году США не допустили вступления Ирана во Всемирную торговую организацию (с 2005 года Иран имеет статус наблюдателя в ВТО).

Военно-политические последствия войны в зоне Персидского залива сводятся к следующему: США и их союзники решили важную стратегическую задачу — получили выход в регион Ближнего и Среднего Востока, обладающего богатейшими запасами нефти, природного газа и других видов сырья и имеющего важное геостратегическое значение в планах Запада.

Современные геополитические реальности в Центральной и Южной Азии тесно связаны с будущей ролью НАТО в Афганистане, где нефтеи газопровод, соединяющий Туркменистан, Афганистан, Пакистан и Индия (трубопровод TAPI), необходимо будет рассматривать как нечто большее, чем шаблон регионального сотрудничества.

Стратегии США по отношению к афганскому урегулированию визуализируют будущую роль НАТО, как опору безопасности Шелкового пути, который обеспечит на миллиарды долларов природных ресурсов из Центральной Азии на мировой рынок через пакистанский порт Гвадар.

Ирано-иракская война наложила существенный отпечаток на всю конфигурацию зоны Персидского залива.

В процессе трансформации практически все в границах региона Персидского залива на основе «экономической и политической включенности» претерпело изменения, и в 1981 году был создан Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), в который вошли Саудовская Аравия, Кувейт, Бахрейн, Объединеные Арабские Эмираты, Катар, Оман.

С другой стороны, две страны-участницы войны оказались вне организации ССАГПЗ, то есть вынуждены были решать свои проблемы самостоятельно.

Причем стратегия стран ССАГПЗ на сдерживание и отражение потенциальных военных угроз содержит в своей основе два направления — построение совместной системы безопасности, включающей совместную ПВО, силы быстрого реагирования ССАГПЗ, координацию в области закупок вооружений и т.п. (такие системы, однако, частично или полностью разрабатываются, внедряются и модернизируются при помощи западных специалистов), а также обеспечение национальной безопасности каждым государством-членом ССАГПЗ, что является неотъемлемой частью национального суверенитета любого государства. Отметим, однако, что выработка национальных доктрин безопасности также нередко основывается на военно-техническом сотрудничестве с развитыми странами (в основном, с США).

В то же время вовлечение США в конфликт способствовало Вашингтону решить ряд важнейших задач, среди них:

Геополитическая: были созданы условия для преобразования геополитического пространства на Ближнем Востоке в интересах США, а появление позволяло им наладить отношения с организацией ССАГПЗ, что вместе с тем создает довольно широкие возможности утверждения своего политического и военного влияния в регионе, что вполне укладывается в рамки их стратегических интересов.

США создали в первые дни января 1983 года специальное «центральное командование» Сентком, в сферу действия которого включено 19 стран — от Ирана и Афганистана на севере до Кении на юге, то есть район, на который распространяется его действие, лежит на стыке трех континентов, непосредственно к югу от СССР (ныне бывшего советского пространства). Речь идет не просто о создании военно-штабной надстройки для американских «сил быстрого реагирования», они получили и ясно поставленную цель — быть готовыми к вмешательству в зоне Залива. США обеспечили присутствие на передовых рубежах. Демонстрация намерения обеспечить свои интересы достигается размещением на постоянной или ротационной основе группировок вооруженных сил, обеспечением соответствующим базированием, заключением соглашений с союзниками и дружественными странами о доступе к базам (складам), совместным планированием и проведением учений и др.

Геостратегическая — осуществлено проникновение в регион, обладающий мировыми запасами энергоносителей, и закреплено военное присутствие в этом важном стратегическом регионе, установлен контроль за стратегически важными транспортными коммуникациями и осуществлено приближение к территориям стран, являющихся источником опасности.

Политическая — выстроена концепция по сдерживанию ИРИ. Обозначилось провоцирование Саддама Хусейна на аншлюс Кувейта.

Экономическая — получен доступ к иракской нефти и возможность перераспределения нефтяных потоков.

Военная — расширено военное присутствие американских войск в ССАГПЗ, а также осуществлена возможность складирования вооружения и военной техники на территории этих стран, использование их военной инфраструктуры, проведения совместных учений различных видов вооруженных сил и взаимной обороны. В странах ССАГПЗ обозначилась устойчивая тенденция к росту бюджетных ассигнований на нужды обороны и безопасность.

Военно-техническая — оживление деятельности ВПК за счет получения заказов на производство нового вооружения и военной техники для ССАГПЗ. В создавшейся ситуации Вашингтон, по сути, обеспечил предприятия ВПК постоянными заказами, что позволило поддерживать на должном уровне их основные трудовые ресурсы и инфраструктуру.

Говоря о стратегической линии США в войне в Заливе, стоит учитывать влияние на нее их главного союзника в регионе — Израиль. Ирано-иракская война оказалась выгодной для Израиля, потому что отвернула и развязала Израилю руки для проведения здесь его экспансионистской политики.

Напомним, что первоначальным ответом США на падение шаха стало опубликование так называемой «доктрины Картера», которая провозглашала допустимость американской военной интервенции против любой угрозы поставкам нефти из Персидского залива. Дополнением к этому стало усиление американского присутствия и активности на обоих флангах новой исламской республики в Иране — в Афганистане и Ираке.

Военно-политический контроль над зоной залива, установленный США, гарантировал им последующее вложение нефтедолларов из стран региона в американскую экономику, обеспечивал усиление зависимости этих стран от импорта американского оружия, а также комплектующих и запасных частей, в качестве одной из гарантий бесперебойного поступления нефти из Персидского залива. Кроме того, установление на постоянной основе военного присутствия США в Заливе создавало условия для усиления прямого американского вмешательства, в частности, для строительства военных объектов на территории стран Персидского залива со следующим использованием их вооруженными силами США.

Базы США  вокруг ИранаСуществует политическая и стратегическая логика этих действий США, которые продолжаются и настойчиво проводятся независимо от периодически возникающих внутренних разногласий внутри американского политического истеблишмента и невзирая на перемены администрации — от демократов к республиканцам и наоборот. Здесь речь идет не просто о решениях различных индивидуумов, занимающих высшие позиции в Белом доме, Пентагоне и Госдепартаменте, а о фундаментальных устремлениях, общих для всего правящего класса.

На кону стоят вполне определенные материальные экономические интересы — прежде всего и главным образом доступ к нефтяным и газовым ресурсам Персидского залива и Каспийского бассейна, самым большим в мире. Основные усилия американской дипломатии в этом регионе направлены на то, чтобы создать сеть трубопроводов, которые могли бы доставлять эти энергетические ресурсы на мировой рынок, минуя Россию, бывшую в прошлом ведущей силой в этом регионе, а также враждебный Иран.

Иран стремится осуществить свой амбициозный замысел — стать главным региональным центром влияния в зоне Персидского залива, что и является долгосрочной целью его внешней политики.

Для придания весомости своим устремлениям Иран разработал мощную программу перевооружения, которая предусматривает приобретение подводных лодок, ракет типа «Скад», танков и бронетранспортеров, а также десятков истребителей и бомбардировщиков.

Экономической основой возродившихся амбиций Ирана, всей его программы перевооружения и подъема промышленности является нефть, наращивание производства которой — главная стратегическая цель Ирана.

Таким образом, ирано-иракская война в зоне Персидского залива наложила глубокий отпечаток на обстановку на Ближнем и Среднем Востоке — стратегически важном районе земного шара, а также во всем мире.

Продолжающаяся ныне оккупация Соединенными Штатами Ирака, поддержка Ираном радикальных групп, национализм, арабо-израильские противоречия, споры из-за использования воды, углубляющийся разрыв между богатыми и бедными нациями усугубляют нестабильность в этом районе. Ирано-иракская война и последовавшая за ней «Буря в пустыне» свидетельствует о том, что буря промчалась, но гроза так и не миновала, не исключены новые военные столкновения в этом регионе.

Американские компании закупают иранскую нефть, однако им запрещено делать вложения в иранскую экономику и разрабатывать нефтяные месторождения. Показательно, что министерство энергетики США не учитывает Иран в качестве поставщика нефти и газа. В период с 1950 по 1978 год США были главным торговым партнером Ирана. Ныне торговля США и Ирана ведется в весьма скромных объемах [216].

Персидский залив действительно имеет немалое стратегическое значение, однако не только для Соединенных Штатов, расположенных за тысячи километров от этого региона. Не меньшее значение он имеет и для России, части других государств мира. Однако США упорно не желают этого признавать, ссылаясь на то, что для России данный район якобы не должен представлять особого интереса, поскольку он не является импортером нефти.

С 1979 года США ежегодно перечисляют Тель-Авиву около 3 млрд долларов, поставляют ему самую современную военную технику, способствуют расширению и укреплению его военнопромышленного комплекса. Хотя наличие у Израиля ядерного оружия не беспокоит Америку, которая искала оружие массового поражения в Ираке и разожгла войну против его.

Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива намерен рассмотреть предложение Ирана о помощи в освоении технологий мирных ядерных технологий. «Мы считаем позитивным соответствующее предложение Тегерана, и Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива намерен его изучить», — заявил глава МИД Саудовской Аравии Сауд аль-Фейсал Аль Сауд. В частности, он отметил, что ССАГПЗ приветствует помощь любой страны в сфере мирного использования ядерной энергии.

«Члены Совета намерены использовать мирную атомную энергию и предпримут для реализации этой цели все усилия», — подчеркнул глава саудовского МИД.

Ранее президент Ирана Махмуд Ахмадинежад заявил, что страны Персидского залива могут получить доступ к наработкам Ирана в освоении мирных ядерных технологий.

Самый существенный итог ирано-иракской войны состоит в том, что справедливость необходимо восстанавливать в первую очередь мирными способами и средствами. В данной же ситуации ООН, ее Совет Безопасности, как представляется, несмотря на все предпринятые усилия, не прошли до конца путь мирного урегулирования конфликта. Верх, к сожалению, взяла традиционная ставка на вооруженную силу.

На наш взгляд, надо серьезно подумать над созданием повсеместной системы надежных гарантий предотвращения в самом зародыше агрессии, оккупации и аннексии в любой форме. В противном случае втягивание государств в вооруженные конфликты может стать перманентным процессом, а военное триумфаторство может снова превратиться в постоянный элемент международной жизни.

В целом развитие обстановки в мире, коренные изменения геополитического и военно-стратегического характера, новые явления и тенденции в международной жизни настоятельно требуют серьезного анализа всех этих процессов, осознания реальностей современного мира.

И в этой связи минувшая крупномасштабная, хотя и локальная война заставляет над многим задуматься, многое переосмыслить, что особенно важно для государства, желающего создать собственные современные вооруженные силы, стоящие перед проблемами создания концепции национальной безопасности и разработки военно-политической доктрины. Критический анализ всего комплекса реальных причин и последствий очередного ближневосточного кризиса продолжается. Ставить точку в его изучении еще рано.

События последних лет подтверждают стратегическое значение Персидского залива для всех государств мира, пользующихся морскими коммуникациями, импортирующих нефть из стран региона.

После 11 сентября 2001 года администрация Буша пошла на обострение американо-иранских отношений, включив режим в Тегеране наряду с Ираком и Северной Кореей в так называемую «ось зла». Хорошо известно, что ведущие фигуры администрации Буша выступали за инициирование войны с Ираном. Однако военные неудачи в Ираке и Афганистане сделали эти американские планы трудновыполнимыми.

Американо-иранские отношения имеют как глобальные, так и региональные аспекты. Иран укрепил дипломатические отношения с Россией и Китаем, приобретая у них большое количество военного снаряжения, — в то время как США рассматривают Россию и Китай в качестве своих важнейших стратегических соперников. Располагая большими запасами энергетического сырья и занимая выгодное стратегическое положение, Иран выступает естественным транзитным пунктом по прокладке нефтепроводов из Китая или Индии на Ближний Восток, а также является потенциальным соперником России в Европе в качестве крупнейшего поставщика природного газа.

Каковы бы ни были непосредственные результаты событий в Иране, кризис привел к возникновению крайней политической нестабильности, которую Вашингтон надеялся использовать в своих интересах. Соперничающие фракции иранской буржуазии стремятся все более и более открыто к тому, чтобы усилить свои внутренние позиции путем заключения соглашений с Вашингтоном.

Поскольку конфронтация с Вашингтоном и его союзниками углубляется, режим в Тегеране вполне может решить, что у него нет другой альтернативы, кроме курса на разработку, испытание и накопление ядерного оружия. Ядерная программа Ирана вызывает раздражение Соединенных Штатов — исходящих из того, что обретение Ираном ядерного оружия повысит региональный престиж Тегерана — и пугает Израиль, который рассматривает ядерный Иран в качестве «экзистенциальной угрозы».

Судя по всему, иранское правительство извлекло уроки из иракской ситуации и убеждено, что Соединенные Штаты готовятся к нападению на Иран. В связи с этим власти Ирана готовы выйти из любого соглашения и создать бомбу, как это сделали Индия и Пакистан. Кроме того, европейские распри и препятствия в ООН и МАГАТЭ позволяют Ирану выиграть время в ожидании того, что новая геополитическая ситуация, связанная с увязанием американцев в Ираке и Афганистане, сделает маловероятным начало еще одной военной операции.

Тегерану нужно ядерное оружие не для того, чтобы напасть на Израиль, а для того, чтобы обеспечить свою безопасность в случае атаки США.

Не подлежит сомнению, что очень реальна опасность, исходящая еще от администрации Буша, которая изложила и настойчиво проводит в жизнь свою доктрину превентивной войны — с опрометчивым безразличием к ее последствиям и с презрением к международному праву. Настаивая, чтобы Тегеран ограничил свои действия по осуществлению ядерных программ, сами США открыто нарушают ДНЯО, разрабатывая ядерное оружие нового поколения именно для разрушения защищенных подземных объектов, какие существуют в Иране.

Соединенные Штаты продолжают свои игры в «озабоченность» ядерной программой Ирана, и судя по всему, эти игры могут продолжаться и дальше, но только до определенного предела. Неприязнь американцев к Ирану обусловлена не его мнимой агрессивностью, а самостоятельным внешнеполитическим курсом этой страны.

И если до сегодняшнего дня гегемония на Ближнем Востоке принадлежала Израилю, то после объявления 11 февраля 2010 года президентом Махмудом Ахмадинежадом о достижении Ираном обогащения урана до 20 процентов появился новый и более серьезный игрок, претендующий на гегемонию в регионе.

Запад нанес очередной удар по Ирану. 8 ноября был обнародован Доклад генерального директора МАГАТЭ по ядерной программе Ирана, который содержал приложение, раскрывающее ее военную составляющую. Сведения для этого документа, как считается, были предоставлены спецслужбами 10 государств. Каких именно — не разглашается, но понятно, что речь идет опять-таки об оппонентах Ирана.

В развитие этого шага 18 ноября Совет управляющих МАГАТЭ подавляющим большинством голосов принял резолюцию по Ирану. В документе выражается «растущая озабоченность» в связи с ядерной программой этой страны.

19 ноября Генеральная Ассамблея ООН также большинством голосов приняла резолюцию с осуждением террористических атак на лиц, пользующихся дипломатической защитой. Резолюция носит по сути антииранский характер.

Наконец, 21 ноября Комитет по правам человека Генеральной Ассамблеи ООН по инициативе западных стран принял резолюцию, осуждающую систематическое нарушение прав человека в Иране. США, Великобритания и Канада ввели новые односторонние санкции. Это далеко не первый за последние недели шаг оппонентов Тегерана.

Усиление давления на Иран свидетельствует о создании новой, почти критической ситуации вокруг Исламской республики. Эта ситуация чревата самыми различными исходами. В то же время Иран продолжает настаивать на том, что его ядерная программа имеет исключительно мирное предназначение. В своем выступлении Махмуд Ахмадинежад обвинил главу МАГАТЭ Юкию Амано в том, что он является марионеткой США. «Они [американцы] утверждают, что Иран стремится заполучить атомную бомбу. Но они должны знать… нам не нужна бомба. Мы считаем, что нам лучше действовать вдумчиво и логично» [217].

Вывод.

Потеряв одномоментно все в результате падения шахского режима, США на протяжении трех десятков лет лелеют мечту вернуться вновь в Иран. Отсюда и всякие инсинуации против Тегерана, чтобы иметь причину для реализации своей мечты.

А здесь есть о чем мечтать. Поэтому нефть и газ Ирана остаются в центре внимания американского империализма, а значит, все события еще впереди.

Острота противостояния сконцентрировалась вокруг вопроса о правомерности обладания Ираном собственным ядерным оружием. Однако здесь следует задать вопрос о том, какая из ныне существующих ядерных держав испрашивала у мирового сообщества, в лице ООН и МАГАТЭ, разрешение на его создание? Каждая страна решала этот вопрос самостоятельно, исходя из интересов своей национальной безопасности.

В ноябре 2013 года в Женеве была достигнута договоренность об ограничении иранской ядерной программы в обмен на частичную приостановку санкций США и ЕС в отношении Ирана. Эта договоренность вступила в силу 20 января 2014 года, и срок ее действия составляет шесть месяцев. Предполагается, что за это время «шестерка» посредников, в которую входят Россия, США, Великобритания, Франция, Германия и Китай, и Иран должны выработать всеобъемлющую договоренность об урегулировании иранской ядерной проблемы, в результате которой будут отменены все международные санкции в отношении Ирана. США, ряд других стран Запада и Израиль подозревают Иран в разработке ядерного оружия под прикрытием программы мирного атома. Тегеран заявляет, что его атомная программа направлена исключительно на удовлетворение потребностей страны в электроэнергии.

Сильная национальная армия Ирана служит поддержкой для проведения успешных переговоров по ядерной программе страны, сказал президент Ирана Хасан Рухани, выступая в пятницу 18 апреля 2014 года в Тегеране на церемонии по случаю Дня национальной армии страны, сообщает иранское информационное агентство ISNA.

По его словам, при этом иранская армия никогда не будет вмешиваться в политические процессы [218].

Ныне американо-иранские отношения имеют как глобальные, так и региональные аспекты. Иран укрепил дипломатические отношения с Россией и Китаем, приобретая у них большое количество военного снаряжения, — в то время как США рассматривают Россию и Китай в качестве своих важнейших стратегических соперников. Располагая большими запасами энергетического сырья и занимая выгодное стратегическое положение, Иран выступает естественным транзитным пунктом по прокладке нефтепроводов из Китая или Индии на Ближний Восток, а также является потенциальным соперником России в Европе в качестве крупнейшего поставщика природного газа.

Главная забота Ирана — роль США в Афганистане, в котором был сосредоточен солидный контингент американских войск и НАТО. Это все вызывало тревогу у Тегерана, поскольку присутствие США в Афганистане и Пакистане, а также в зоне Персидского залива на постоянной или временной основе — это, по сути, окружение Ирана.

По состоянию на 5 декабря 2014 года запланированный вывод из Афганистана основных боевых частей США практически завершен. Об этом сообщил в четверг 4 декабря в интервью небольшой группе журналистов, включавшей корреспондента ТАСС, глава Транспортного командования (ТРАНСКОМ)вооруженных сил США генерал ВВС Пол Селва [219].

«Мы практически закончили этот вывод», — подчеркнул он. Численность воинского контингента США в Афганистане «близится к отметке 9,8 тысяч человек плюс партнеры по НАТО плюс другие партнеры по коалиции», не входящие в Североатлантический альянс, «а также поддержка в лице подрядчиков», отметил Селва. Между тем, в 2011 году на пике численность войск США в Афганистане составляла 101 тысяч человек. Как заявил глава

ТРАНСКОМ, координирующий вывоз войск и техники из Афганистана и принимающий в данном процессе непосредственное участие, требования, которые в связи с этой задачей предъявлялись командованию, начинают «стабилизироваться» [220].

Высказываются предположения, что общее количество иностранных военных в перспективе составит примерно 10 тысяч человек, которые будут не только обучать афганских коллег, но и «проводить контртеррористические операции. С января 2015 года там начнет работу новая консультативная миссия Североатлантического союза. В ее состав войдут порядка 12 тысяч военнослужащих (9,8 тысячи из США и около двух тысяч из стран НАТО). Сроки новой миссии натовских военнослужащих пока не определены. Ранее Соединенные Штаты заявляли, что к концу 2016 года оставят в стране лишь военных, обеспечивающих безопасность посольства в Кабуле [221].

ИСАФ потеряли в Афганистане более 3,5 тыс. военнослужащих, из которых порядка 2,2 тыс. — граждане США, было истрачено около $700 млрд. При этом погибло более 21 тысячи мирного населения. [222]

США безоглядно погрузились в одну войну за другой в течение последнего десятилетия в отчаянной попытке компенсировать его экономический спад, обеспечивая свою гегемонию над богатыми энергоресурсами регионами Ближнего Востока и Центральной Азии. Обострение мирового экономического кризиса толкает американский империализм использовать свою военную мощь, чтобы укрепить свои экономические и стратегические интересы за счет своих основных европейских и азиатских конкурентов. В то же время на пути продвижения своих интересов в зоне Персидского залива Вашингтон неизменно сталкивается с твердой позицией иранского руководства, поэтому Тегеран рассматривается в Вашингтоне как серьезное препятствие на пути амбиций США на Ближнем Востоке и главную причину неудачи в Ираке и Афганистане. Поэтому мысль о развязывании войны с Ираном не покидает американское руководство, ибо они четко понимают, что добраться к ресурсам Ирана возможно лишь вооруженным вторжением, тогда решается и вторая часть задачи. Война США серьезно подорвет значительные экономические интересы Китая и России в Иране, а также их усилия по установлению более тесных стратегических отношений.

Последнее изменение Пятница, 01 Январь 2016 22:01

Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ

Лента не найдена

Сотрудничество

Крайне заинтересованы в сотрудничестве с авторами имеющих свое мнение по любым животрепещущим темам, имеющих информацию о событиях происходящих по всем уголкам Украины или имеющими свой взгляд на историю Украины.

По вопросам размещения рекламы на ресурсе просим Вас воспользоваться формой «Связаться», мы обязательно с Вами свяжемся

Go to top