6.2. Иран: региональный лидер

Иран — одно из крупнейших государств зоны Персидского залива (ЗПЗ). По территории в регионе он уступает только Королевству Саудовской Аравии. Если территория Ирана равна 1648 тыс. кв. км, то территория Саудовской Аравии составляет 2150 тыс. кв. км. Собственно по территории Саудовская Аравия — самое крупное государство не только ЗПЗ, но и всего Ближнего и Среднего Востока. Иран относится к числу наиболее динамично развивающихся стран в мире. Он вновь приобретает реальные признаки региональной державы, утраченные им в результате изнурительной войны с Ираком (1980-1988 гг.). Несмотря на санкции и ограничения (квота на продажу нефти), введенные США, Иран сохраняет достаточно стабильный уровень жизни (он несколько выше, чем в России), активность общественной жизни, низкий уровень преступности (он несопоставимо ниже российского). В условиях фактической блокады со стороны Запада Иран подтвердил исторически присущую ему высокую степень жизнестойкости и жизнеспособности.

По некоторым показателям геостратегического и геоэкономического плана Иран заметно превосходит другие страны Залива. Если, скажем, обратить внимание на численность населения государств ЗПЗ, то здесь становится очевидным, что по этому показателю в регионе нет равных Ирану.

Справка. Иран. Территория страны составляет 1648195 кв. км. Население: 65,5 млн. человек. Столица: Тегеран (10,0 млн. человек).Основной язык: фарси (персидский). Основная религия: ислам (шиизм). Средняя продолжительность жизни (муж./жен.): 69 лет/72 года (данные ООН). Денежная единица: 10 иранских риалов = 1 томан. Основные статьи экспорта: нефть, ковры, сельскохозяйственная продукция. Среднегодовой доход на душу населения: 1 680 долларов (данные Всемирного банка, 2001 г).

Преобладает городское население. В стране проживают персы, азербайджанцы, курды. В Иране 28 провинций, 299 районов, 899 городов, 2305 деревень. Протяженность сухопутных границ — 6031 км, морских — 2700 км. Соседние государства с Ираном: Турция, Ирак, Пакистан, Афганистан, Туркменистан, Армения, Россия, Казахстан, Оман, ОАЭ, Бaxpeйн, Катар, Саудовская Аравия, Кувейт.

Иран под контролем СССР и Великобритании. В ноте, врученной 25 августа 1941 года советским послом в Тегеране иранскому правительству, подчеркивалось, что Советский Союз «не имеет никаких поползновений в отношении территориальной целостности и государственной независимости Ирана. Принимаемые Советским правительством военные меры направлены исключительно против опасности, созданной враждебной деятельностью немцев в Иране. Как только эта опасность будет устранена, Советское правительство во исполнение своего обязательства по советско-иранскому договору 1921 г. немедленно выведет советские войска из пределов Ирана». В период непосредственной подготовки операции Ставка Верховного Главнокомандования в директивах командующим войсками Закавказского и Среднеазиатского военных округов от 23 августа 1941 года уточнила, что ввод войск осуществляется «в целях 256 обеспечения наших границ от диверсий со стороны немцев, работающих под покровительством иранского правительств, а также для того, чтобы предупредить вылазки иранских войск против наших границ». Ставкой ВГК были определены силы, выделяемые на операцию, направления и рубежи их продвижения и указывалось: «В случае вооруженного сопротивления со стороны иранских войск уничтожать войска и материальную часть противника, не допуская отхода их на Тегеран».[158]

Для участия в операции привлекались войск Закавказкого, Среднеазиатского военных округов и Каспийская военная флотилия.

Из состава Закавказского ВО выделялись:

  • 44-я армия (командующий — генерал-майор А.А. Хадеев) имела в своем составе 20-ю, 77-ю горно-стрелковые, 17-ю кавалерийскую дивизии, 24-й отдельный танковый полк.

44-я армия имела задачу главными силами двигаться на Решт, частью сил наступать в иранском Южном Прикаспии, где она взаимодействовала с Каспийской военной флотилией.

  • 47-й армия (командующий — генерал-майор В.В. Новиков), в которую входили 63-я, 76-я горно-стрелковые и 236-я стрелковая, 6-я и 54-я танковые, 23-я и 24-я кавалерийские дивизии, 13-й мотоциклетный полк.

47-я армия получила задачу двигаться в направлении на Тебриз и частью сил — на Ардебиль и Хой (последний — вблизи турецкой границы). 24- я кавалерийская дивизия находилась в оперативном подчинении фронта и действовала самостоятельно, наступая на Джебраильском направлении. Действия армии с воздуха поддерживали четыре авиационных полка.

25 августа в Иран вступили основные силы 44-й и 47-й армий Закавказского фронта (образован 23 августа из войск Закавказского военного округа).

Войска 47-й и 44-й армий благодаря помощи инженерных частей и подразделений быстро продвигались вперед, преодолевая водные и горные преграды. В целом соединения и части двух армий в течение одних — двух суток ранее установленного времени вышли на линию Хой — Тебриз — Ардебиль — Решт. Этот успех объяснялся не только их энергичными действиями, но и слабым сопротивлением иранских частей, застигнутых врасплох и к тому же особо не желавших вступать в бой.[159]

27 августа в Иран вошли войска 53-й Отдельной армии Среднеазиатского военного округа (командующий армией — генерал майор С.Г. Трофименко). Основные силы армии составляли 58-й стрелковый корпус (генерал-майор М.Ф. Григорович), наступавший на прикаспийском направлении, и 4-й кавалерийский корпус (генерал-майор Т.Т. Шапкин), двинувшийся на Мешхед. Созданные моторизованные отряды заблаговременно овладевали перевалами и узкими проходами, обеспечивая быстрое движение войск.

Поскольку в Иран вошли и английские войска, действовавшие с территории Ирака, иранские вооруженные силы по приказу командования 29—30 августа сложили оружие.
Советские войска (68-я горно-стрелковая и 24-я кавалерийская дивизии) в середине сентября на время заняли Тегеран. Требования союзников выслать из страны всех граждан Германии и ее союзников и не препятствовать транзиту военных грузов для СССР по ленд-лизу были полностью удовлетворены.

В соответствии с подписанным соглашением о дислокации войск союзников советские соединения и части располагались гарнизонами в городах и других населенных пунктах северных иранских провинций Азербайджан, Гилян, Мазандеран и Хорасан.

Таким образом, советские и британские войска оккупировали территорию Ирана под предлогом недружественной политики его правительства. Однако реальной целью оккупации было создание транспортного коридора для союзных поставок в СССР.

В октябре—ноябре советское командование начало передислокацию 44-й и частично 47-й армии Закавказского фронта на Северный Кавказ и Керченский полуостров. На места прежней дислокации в Средней Азии возвращалось большинство войск 53-й Отдельной армии, а ее управление было расформировано.

Оставшиеся в Иране войска были объединены под единым управлением. Они обеспечивали охрану важных военных пунктов и коммуникаций.[160]

«При всей важности защиты нефтяных источников целью нашего вступления в Персию, — писал 29 августа в послании И.В. Сталину британский премьер- министр У. Черчилль, — было в еще большей степени стремление установить еще один сквозной путь к вам, который не может быть перерезан».

Черчилль сообщал советскому руководству о стремлении провести реконструкцию железной дороги от Персидского залива до Каспийского моря, строительство в Басре хорошо оборудованного тепловодного порта и крупного базисного склада для приема грузов из Америки, которые таким путем наверняка достигнут районов Каспийского моря и Волги. В двух сентябрьских посланиях У. Черчилль конкретизировал подходы Великобритании и США к развертыванию персидского маршрута ленд-лиза и, в частности, сообщал о намерении довести к весне 1942 г. пропускную способность железной дороги до 12 поездов в сутки в каждую сторону и построить с привлечением американцев автомобильную магистраль. В последующем эти сухопутные магистрали, так же, как и трассы переброски грузов по Каспийскому морю, работали весьма напряженно.[161]

Действительно, трансиранский участок маршрута поставок по ленд-лизу стал складываться в сентябре — октябре 1941 г.когда были выделены первые ассигнования на транспортировку грузов по ленд-лизу. Через Иран и туда поставили из США 96 паровозов, 2 тыс. вагонов; начались работы по ремонту портов и единственной железной дороги. К концу 1942 г. пропускная способность трансиранского участка была увеличена втрое по сравнению с началом года. Этим путем поставлялись самолеты, танки, автомобили, различные виды вооружений и боеприпасов.[162]

К лету 1942 г. через Иран в Советский Союз было доставлено 2 тыс. танков и 1,3 тыс. самолетов из США и 2,4 тыс. танков и 1,8 тыс. самолетов из Великобритании.[163]

Значение поставок через Иран все возрастало. Советский министр иностранных дел во время визита в США в мае 1942 г. настаивал на ежемесячных поставках по ленд-лизу через Персидский залив 200 бомбардировщиков и 3 тыс. грузовиков. США согласились с цифрой 112 бомбардировщиков и 3 тыс. грузовиков.[164]

В Персидский залив ежемесячно приходило по 12 судов с оружием и боеприпасами для СССР.[165]

За период с июля 1942 по июнь 1943 г. морским путем в Советский Союз прибыло 3 млн. т различных грузов.

Справка. Всего в 1941-1945 гг. в Советский Союз морем было доставлено по ленд- лизу 17,5 млн. •грузов, в том числе через Мурманск и Архангельск 3964 тыс. т (22,7%), Персидский залив -4 159 тыс. т (23,8%); через порты Дальнего Востока — 8243 тыс. т (47,1%), порты Советской Арктики (с востока) — 452 тыс. т (2,5%), порты Черного моря (в 1945 г.) — 681 тыс. т. (3,9%).

При этом все больше кораблей шло в Персидский залив, поскольку этот путь был намного безопаснее, чем через Мурманск. Когда основным был Северный маршрут, потери кораблей достигали 15-25%, на Южном они упали до 2%.[166]

Учитывая эти обстоятельства, президент США Рузвельт 15 июля 1942 г. распорядился большую часть помощи СССР направлять через Басру, отказавшись от конвоев Северным путем. С этого времени основной поток поставок в Россию шел не через Арктику, а через Иран и Дальний Восток. В результате с лета 1942 г. по Трансиранской железной дороге ежемесячно перебрасывалось 40 тыс. т грузов.

К августу 1942 г. на Каспии находилось 238 судов общей грузоподъемностью 500 тыс. тонн; в 1942 — 1943 гг. ими было перевезено около 21 млн. тонн нефтепродуктов и почти 3 млн. тонн других грузов, значительную часть которых составляли поставки по ленд-лизу. Ежемесячный объем этих поставок через трансиранские магистрали составлял на рубеже 1942 — 1943 гг. около 100 тыс. тонн, не учитывая грузовиков и самолетов. Безопасность перевозок по Каспию обеспечивали корабли Каспийской военной флотилии, число которых в 1943 г. составляло 175, включая три иранских сторожевых катера. Главной помехой судоходству была немецкая авиация, которая только в октябре и ноябре 1942 г. потопила и повредила 32 судна — в основном на Астраханском рейде, сделала минные постановки.[167]

В первой половине 1943 г. в СССР ежемесячно направлялось более 50 судов с грузом по ленд-лизу. Каждое из них перевозило в среднем 300 грузовиков, 10 истребителей, 2 тыс. т продовольствия и 3,5 тыс. т других грузов. Кроме того, многие сотни самолетов совершили перелет самостоятельно, а всего за годы войны Советскому Союзу было передано 14 тыс. американских самолетов.

Справка. Как ни внушительно выглядят эти цифры, они составляют лишь 5% общих поставок, Всего из США на все театры военных действий было переброшено самолетов: в 1942 г. -) тыс., 1943 г, — 72 тыс., 1944 г. — 108 тыс., в 1945 г. (до мая) — 57 тыс., всего — 267 тыс. Если честь, что в СССР за годы войны было произведено 112,1 тыс. самолетов, то американские gоставки составляли, следовательно, около 12% от этого количества.[168]

Переброски самолетов воздушным путем в Советский Союз через Африку начались в марте 1942 г., когда из США в Иран прилетели 72 бомбардировщика В-25. В Тегеране они были переданы русским пилотам. За март — декабрь 1942 г. этим путем было переброшено 162 В-25 и 138 самолетов А-20.

В общей сложности через Персидский залив, Иран, Каспий в СССР поступило 4.159 тысяч тонн грузов, или 23,8 процента всего объема ленд-лиза. Это был более протяженный (сначала вокруг Африки), достаточно сложный по организации доставки грузов, но все же менее опасный маршрут. Путь конвоя от Нью-Йорка до берегов Ирана вокруг южноафриканского мыса Доброй Надежды занимал примерно 75 дней. Кроме того, значительное время требовалось для перегрузки и транспортировки поставок по сухопутным магистралям и по Каспию.

Интересная деталь, что Саудовская Аравия не имея никакого отношения к войне в Европе, полчала финансовую поддержку по ленд-лизу. Дело в том, что американские компании в 30-х годах ХХ века послали в Саудовскую Аравию квалифицированных геологов и скоро узнали, какие месторождения и за какую бросовую цену им достались. Когда разразилась вторая мировая война, АРАМКО решила приоткрыть свою тайну президенту Франклину Рузвельту. Его убедили, что саудовская нефть понадобится США, особенно в будущем. Рузвельт принял меры и в 1943 году направил послание руководителю администрации ленд-лиза Стеттиниусу. «Дорогой господин Стеттиниус,— писал он.— Для того чтобы позволить Вам организовать помощь по ленд-лизу правительству Саудовской Аравии, я настоящим довожу до Вашего сведения, что оборона Саудовской Аравии жизненно важна для обороны Соединенных Штатов». По распоряжению Рузвельта Саудовской Аравии предоставили около 100 миллионов долларов. Она получала американскую помощь наряду с союзниками США в войне против «держав оси». Финансовые нужды двора Ибн Сауда были удовлетворены, и концессия АРАМКО спасена. Компаниям это не стоило ни одного цента.

Зимой 1944/45 года была подготовлена встреча Рузвельта с Ибн Саудом. Ее решили провести на борту американского крейсера «Куинси» на Большом Горьком озере в центре Суэцкого канала. Встречей Рузвельта с Ибн Саудом было положено начало американскому политическому, а затем и военному влиянию на полуострове.[169]

Только после капитуляции Италии и восстановления свободного судоходства по Средиземному морю в 1943 г. этот путь значительно сократился, а в 1945 г. стали возможны поставки по ленд-лизу через порты Черного моря (их объем составил 681 тыс. тонн — 3,9% всех поставок в счет займа-аренды).

Советские войска оккупировали Хорасан и иранский Азербайджан, в котором местными националистами было создано социалдемократическое автономное правительство. В 1945 г. на Потсдамской конференции среди прочих решений было принято и решение о выводе союзных войск из Ирана. После вывода советских войск иранское правительство энергичными мерами, не останавливаясь перед применением вооруженных сил, ликвидировало азербайджанскую автономию.

Весной 1945 года Кремль наконец решился на действенные шаги в Южном Азербайджане. 10 июня председатель Совета народных комиссаров СССР Сталин подписал секретное постановление «Об организации советских промышленных объектов на севере Ирана». Имелось в виду создать в Тебризе и в других городах филиалов промышленных предприятий АзССР. Одновременно в Наркомат иностранных дел СССР и ЦК КП(б) Азербайджана поступило указание о подготовке предложений по решению южноазербайджанского вопроса. На их основе было выработано постановление Государственного комитета обороны СССР от 21 июня «О геолого-разведывательных работах на севере Ирана в связи с нефтью».

6 июля 1945 года Политбюро ЦК ВКП(б) после длительных колебаний приняло секретное решение «О мерах по организации сепаратистского движения в Южном Азербайджане и в других северных областях Ирана». В этом документе признавалось целесообразным начать подготовку к предоставлению азербайджанским провинциям Ирана широкой национальной автономии. Для руководства национально-освободительным движением в Южном Азербайджане предлагалось создать Азербайджанскую демократическую партию. Исполнение решения предписывалось осуществить ЦК КП(б) Азербайджана и СНК АзССР под контролем некоторых высших руководителей Советского Союза. Для финансирования предстоящих действий Государственный банк СССР выделил специально учрежденному при ЦК КП(б) Азербайджана фонду сумму в иранской валюте, эквивалентную 1 млн. рублей.[170]

Руководство Советского Союза имела свои взгляды на Южный Азербайджан и на Иран в том числе, что вызвало страх у руководства Тегерана за дальнейшую судьбу Ирана.

19 января 1946 года премьер-министр Хакимюлмюлка дал указание руководителю делегации Ирана на открывающейся первой сессии Генеральной Ассамблеи Организации Объединенных Наций, послу в Великобритании Тагизаде, добиться включения проблемы Южного Азербайджана в план работы ГА ООН (причем вопрос был сформулирован так: «О споре Ирана с Советским Союзом»). В тот же день Тагизаде представил руководству ООН заявление Ирана. После ознакомления с этим документом руководитель делегации СССР на Генеральной Ассамблее ООН Вышинский 24 января обратился с письмом к председателю Совета Безопасности, в котором отклонил все претензии Тегерана. Спустя день Вышинский выступил на заседании СБ с речью аналогичного содержания. В резолюции Совета Безопасности отмечалось, что, учитывая готовность советской и иранской сторон к переговорам, как и то, что они должны начаться в ближайшее время, СБ предлагает Москве и Тегерану информировать его о ходе предстоящих бесед, оставляя за собой право требовать все сведения о них.[171]

Обращение Ирана в ООН, холодный тон переговоров с советским послом Иваном Садчиковым, продолжение перевозок Советами военных грузов в Азербайджан создавали панику в Тегеране. Теперь уже ходили слухи о бегстве шаха и премьер-министра из столицы. Государственный секретарь США Бирнс дал указание американскому послу в Иране, чтобы тот в случае оставления шахом и правительством Тегерана выделил людей для их сопровождения. Однако 24 марта было распространено сообщение о выводе советских войск из Южного Азербайджана. Некоторые историки считают, что это был ответ на устный ультиматум президента Трумэна СССР 21 марта. Впрочем, и сам глава американского государства в своих последующих выступлениях отмечал: «Когда Сталин отказался выйти из Ирана в согласованное время, я направил ему сообщение, что в таком случае приплыву в Персидский залив».

В 1979 году после вхождения советских войск в Афганистан журнал «Тайм», вспоминая события в Иране тридцатитрехлетней давности, писал: «В 1946 году во время Азербайджанского кризиса Трумэн вызвал посла СССР в США А.Громыко в Белый Дом и сообщил ему, что если Красная Армия немедленно, в течение 48 часов, не будет выведена из Ирана, то США будут использовать атомную бомбу против Советов».[172]

Нефть. Иран сегодня вполне справедливо относят к числу крупнейших нефтегазовых государств на земном шаре. В недрах страны к началу третьего тысячелетия разведаны и доказаны запасы нефти, валовой объем которых составил 12,3 млрд. т. Добыча нефти составляет 3,5-3,7 млн. бар/сутки (175-185 млн. т в год), экспорт 2,5-2,6 бар/сутки (125-130 млн. т) в зависимости от квоты ОПЕК. Основные центры добычи — на юго-западе страны, в провинции Хузестан (Ага-Джари, Марун, Карандж, Парис), главные порты экспорта нефти Абадан и остров Харк.

Рис.6.1. 1 — Чахар Махаль и Бахтияри; 2 — Кохкилуе и Боер Ахмад

80 % нефти Ирана залегают на месторождениях провинции Хузестан и на шельфовых месторождениях Персидского залива, где Ирана добывается 0,6 млн. бар. в сутки. Затраты на разработку и производство сырой нефти составляют 3-4 долл./бар. На некоторых материковых месторождениях эти затраты значительно ниже. В целом на материковых месторождениях, главнейшими из которых являются Гячсаран, Биби Хакиме, Ахвазское месторождение, Масджеде Солейман, Хафтгель, Нафте Сефид, Ага-Джари (состоит из месторождений Карандж и Марун) и Парен добывается 87 % нефти.

Иран является членом Организации стран-экспортеров нефти (ОПЕК) и по объему производства сырой нефти в рамках этой организации занимает второе место после Саудовской Аравии, имея квоту в 14,6% и в общем объеме производства ОПЕК. Доля Ирана в мировом производстве сырой нефти составляет 5,7 %.[173]

Производственные возможности нефтяной промышленности Ирана составляют 4 млн. бар. в сутки. Основными покупателями иранской нефти оставались нефтяные компании Японии, Южной Кореи, Китая, Италии, Германии, Индии.

Вся добыча нефти находится в руках государства. Доходы от экспорта нефти и нефтепродуктов являются главным источником экономического роста, валютных поступлений и формирования доходной части госбюджета.

В настоящее время Иран входит в число пяти богатейших государств по этому виду углеводородного сырья, а поскольку эта пятерка — Королевство Саудовской Аравии (КСА), Иракская Республика, Кувейт, Объединенные Арабские Эмираты и Иран — принадлежит к зоне Персидского залива (ЗПЗ), то последний в числе лидеров по запасам нефти планеты. В 2000 г. на долю Ирана приходилось приблизительно 8,8 % мировых запасов нефти. При этом необходимо подчеркнуть, что запасы этого сырья Кувейта, Объединенных Арабских Эмиратов и Ирана в валовом объеме приблизительно равны и колеблются от 12,3 до 13,3 млрд. т. (World Oil. Washington. 2001. 15 February.)

По подсчетам Всемирного Банка\World Bank, в 2005 году Иран занимал 20-е место в мире по объемам валового внутреннего продукта (ВВП). В первую десятку входят США, Китай, Япония, Индия, Германия, Великобритания, Франция, Бразилия, Россия и Канада. Экономика Ирана по размерам уступает экономике Тайваня (19-е место), но превосходит экономику Турции (21-е).

Иран в настоящее время в числе лидеров и по запасам природного газа — одного из главных компонентов мирового топливно-энергетического баланса. По его разведанным и подтвержденным данным — 26 трлн. куб. м — эта страна занимает второе после России место в мире.

За последний год их прирост составил 3% или же 780 млрд. куб. м. Добыча топлива в государстве составляет около 87 млрд. куб. м., из которых на экспорт в Турцию отправляется только 4 млрд. куб. м. Относительно низкий уровень добычи делает Иран одной из стран, обладающих огромным потенциалом повышения экспорта как нефти, так и газа в течение ближайших десяти лет.

Наиболее значимыми месторождениями природного газа являются:

  • «Ага Джари», «Ахваз», «Марун», «Масджеде Сулейман» в Хузистане с общим объемом запасов газа 5,9 трлн. куб. м;
  • «Нар», «Монд», «Намак Канган», «Зире», «Асалуе», «Агар», «Далан»,
  • «Гардан» в провинциях Бушер и Фарс с общим объемом запасов газа 4,3 трлн. куб. м;
  • «Северный Парс» на шельфе Персидского залива в про винции Бушехр с оценочными запасами газа в 1,6 трлн. куб. м (подтверждены 1,3 трлн. куб. м);
  • «Хангиран» в провинции Хорасан с запасами газа в 0,5 трлн. куб. м;
  • «Садах», «Гаварзин», «Хулур» на острове Кешм в Персидском заливе с запасами газа 0,23 трлн. куб. м;
  • «Сору», «Сархун», «В. Намак», «С. Гашу» в районе порта Бандар-Аббас с запасами газа 0,28 трлн. куб. м.
  • Малоисследованные месторождения находятся в провинциях Илам,
  • Керманшах, Фарс, а также в районе г. Кашан. Значительные запасы газа содержатся на нефтяных месторождениях «Салман» (185 млрд. куб, м совместное Иран- Абу- Даби), «Сири» и некоторых других.

В 2001 г. появились сообщения об открытии вблизи г. Бендер-Аббас (провинция Хормузган) на юге Ирана нового месторождения природного газа. В этом районе можно добывать 10-12 млн. куб. м газа в сутки.[174]

Поскольку мировая экономика на протяжении этого периода все больше будет полагаться в своих энергетических потребностях на Ближний Восток и страны бывшего СССР, предполагаемый статус Ирана как углеводородной супердержавы получает еще большее стратегическое значение. Прибавьте к этому его географическое положение, население численностью почти 66 млн. человек (Иран — самая большая по численности страна на Ближнем Востоке), амбиции регионального лидерства — и значение будущей роли Ирана не вызовет сомнений.[175]

Если к тому же учесть планируемый к 2007 г. экспорт газа и газопродуктов 45-48 млрд. куб. м2, то значение Ирана в экономике ЗПЗ и в мировой экономике в целом представляется достаточно важным и перспективным.

Государственная система Ирана. Основу иранской государственной системы составляет шиизм, точнее, те его особенности, которые касаются всеобъемлющих планов ислама по управлению обществом и распространению исламских принципов. На протяжении всей своей истории шииты стремились установить справедливое правление, считая, что законным руководителем мусульманской общины может быть только непогрешимый имам (прямой потомок четвертого халифа Али и дочери пророка — Фатимы) или его преемник. Однако большинство мусульман не разделяли такого взгляда на власть. Хотя на некоторых этапах истории шииты испытывали сильное давление, они никогда не отказывались от своих идей, выступая за создание праведного правления и распространение учения ислама и связывая свои надежды с приходом скрытого имама. (Разумеется, они нередко вступали в компромисс с существующими правительствами, если шиитские богословы считали, что это поможет сохранить жизни единоверцев.) Таким образом, неподчинение большинству, вера в историческую легитимность и утопизм свойственны шиитам издревле.

Краеугольным камнем нынешнего государственного устройства в Иране является концепция исламского правления велаят-е-факих (опека законоведа), разработанная аятоллой Рухоллой Хомейни. Суть велаят-е-факих заключается в том, что в отсутствие имама только праведные богословы имеют право руководить нацией. Вся полнота власти должна быть сосредоточена исключительно в руках образцового законоведа — факиха (при этом Конституция, парламент призваны оформлять толкования положений шариата, а исполнительные органы — следить за выполнением соответствующих предписаний. — Ред.).

В Иране существует уникальная система государственного управления. Согласно конституции страны (принята в 1979 году, внесены некоторые изменения в 1989 году) избираемый на прямых общенациональных выборах президент страны (ныне Махмуд Ахмадинеджад) имеет намного меньше власти, чем Верховный Лидер (ныне аятолла Али Хаменеи, сменивший “отца” иранской революции аятоллу Рухоллу Хомейни). Он возглавляет Высший Религиозный Совет Ирана, является главнокомандующим войсками Ирана и Корпуса Стражей Исламской Революции, контролирует вооруженные силы (например, военные руководители назначаются лично им и докладывают обстановку лично ему) и спецслужбы (в Иране действует Министерство Разведки и Безопасности, о деятельности которого известно крайне мало), один имеет право объявлять войну, назначать руководителей судебной системы, руководителей государственных радио и ТВ и т.д. Его представители работают на всех уровнях и во всех эшелонах власти — благодаря этому Верховный Лидер имеет право вмешиваться практически во все вопросы государственного управления. Значительными полномочиями обладает и Совет Стражей Исламской Революции, который состоит из шести юристов и шести религиозных деятелей (назначаются Верховным Лидером). Совет имеет право накладывать вето на законы, принятые парламентом, он также одобряет (или не одобряет) кандидатуры кандидатов в парламент и в президенты страны.[176]

Правитель мусульман должен отвечать следующим трем фундаментальным требованиям: достаточное знание исламского учения (самостоятельное суждение), справедливость и добродетель, а также знание и понимание требований эпохи.

Концепция велаят-е-факих основана на трех принципах:

  • полное подчинение и приверженность светских государственных структур исламскому праву;
  • верховная власть факиха над всеми тремя ветвями светской власти в государстве;
  • обязанность каждого мусульманина прилагать все силы для установления исламского правления.

«Опека законоведа» является народной формой правления. Одна из статей Конституции Исламской Республики Иран предусматривает роль народа в выборах руководителя. В 1979 году, в период назначения нового правительства Ирана, имам Хомейни настоял на том, чтобы в названии страны содержались такие слова, как «исламская» и «республика», характеризуя тем самым государственное устройство страны.[177]

В основе политического поведения Исламской Республики Иран — взаимодействие между традиционными принципами шариата, с одной стороны, и требованиями к государственному управлению в современную эпоху — с другой. Таким образом, приверженность исламским ценностям не привела к пренебрежению реалиями.

Интересная деталь, здесь в Иране наиболее четко прослеживался интерес США и Великобритании, здесь они путину заговоров. Пример: теракты 1953 г. в Иране, которые приписали поначалу иранским коммунистам. Однако выяснилось, что это ЦРУ и МИ-6 использовали агентов-провокаторов, чтобы организовать свержение правительства Мохаммеда Моссадека (Mohammed Mossadegh), это было сделано в контексте войны за контроль над нефтью. Другой пример: теракты 1954 г. в Египте, которые сначала были приписаны мусульманам. Впоследствии при расследовании дела Лавон [Дело Лавона, по имени израильского министра обороны, которому пришлось уйти в отставку, когда Моссад был уличен в участии в этих преступных действиях.] было доказано, что авторами теракта являлись агенты Моссада. В этом случае Израиль хотел добиться того, чтобы британские войска не ушли из Египта, а остались там, чтобы защитить Израиль в том числе.[178]

Таким образом, у нас есть исторические примеры, показывающие, что стратегия дестабилизации и операции «ложный флаг» использовались США, Великобританией и Израилем.

В 1987 году продолжавшаяся уже седьмой год война вышла за рамки двустороннего конфликта и впервые приобрела международный характер, затронув интересы других арабских государств Персидского залива и двух супердержав. Годом ранее Иран захватил полуостров Фао — самую южную оконечность Ирака, граничащюю с Кувейтом. Было похоже, что Фао может открыть путь к захвату иракского города Басра, создавая тем самым потенциальную возможность для расчленения и исчезновения целостного иракского государства, образованного после Первой мировой войны с помощью Великобритании. Но иранцы, захватив Фао, не смогли продвинуться дальше, застряв в болотистых песках, и были заблокированы усиленными частями иракской армии. После этого сражения в войне наметился перелом. Успехи Ирака в воздухе и ракетные удары по иранским транспортам в Персидском заливе — “танкерная война” — привели к увеличению числа ударов Ирана по танкерам третьих стран. Иран обрушился на Кувейт, который помогал Ираку. Силы Хомейни не только топили приходящие и уходящие из Кувейта суда, но и нанесли, по крайней мере, пять ракетных ударов непосредственно по Кувейту.

Именно ракетные удары Ирана заставили Кувейт в ноябре 1986 года обратиться к Соединенным Штатам и просить защиты для своих транспортов (хотя американский посол в Кувейте позднее утверждал, что он передал эту просьбу Кувейта еще летом 1986 года). Вашингтон был буквально взбешен, когда там узнали, что кувейтяне приняли дополнительные меры защиты, обратившись за помощью к русским. И когда эта информация дошла до высших должностных лиц рейгановской администрации, просьба Кувейта, как выразился один из них, “не была задержана”. Возможные последствия обращения за помощью к Москве послужили основанием для быстрого ответа. Участие русских расширило бы их влияние в зоне Персидского залива — влияние, которого американцы старались не допускать уже свыше четырех десятилетий, а англичане — не менее чем 165 лет. Но дело было не только в соперничестве Восток-Запад. Одновременно с этим было признано необходимым защитить поток нефти со Среднего Востока.

Сам президент Рейган говорил не только о необходимости самообороны в районе Персидского залива, но также и подтверждал, что США будут обеспечивать защиту потока нефти. В результате в марте 1987 года рейгановская администрация, стремясь вытеснить русских из региона, сообщила кувейтянам, что Соединенные Штаты готовы либо взять на себя полную смену флагов на кораблях, либо вообще отказаться от защиты. США не хотели допустить “половинчатого” участия русских. Таким образом, на одиннадцати кувейтских судах стал развиваться звездно-полосатый флаг, что давало основание на сопровождение их военно- морским эскортом.

“Танкерная война” между Ираком и Ираном в 1986 — 1987 годы заключалась в нападения авиации и военно-морских сил враждующих сторон на нефтепромыслы и танкеры. Всего были атакованы 546 танкеров (данные страховой компании Lloyd), принадлежавших различным странам мира. После того, как Иран атаковал одновременно несколько кувейтских кораблей, Кувейт обратился к Вашингтону с просьбой о защите. Тогда США разрешили танкерам ряда государств идти под американским флагом (то есть, атака на подобный танкер означала атаку на США) и создали международные силы по охране коммуникаций в Персидском заливе. Этим было положено начало постоянному присутствию ВМФ США в зоне Персидского залива. Военные корабли эскортировали танкеры (большей частью перевозившие иракскую нефть) и проводили поиск мин. В результате, флоты Ирана и США оказались в опасной близости друг от друга. Это не могло не привести к столкновению.

В 1987 году иранский самолет атаковал (как утверждали иранцы — по ошибке) американский эсминец Stark, в результате которого погибли 37 американских моряков. Чуть позже ВМФ США уничтожили иранскую нефтяную платформу в Персидском заливе в ответ на ракетный обстрел танкера, шедшего под американским флагом из Кувейта.

В 1988 году силы коалиции задержали иранский корабль, который устанавливал мины в международных водах — ранее Иран угрожал заминировать международные судоходные маршруты в Персидском заливе и Индийском океане, если иные государства не прекратят поддерживать Ирак. В середине апреля 1988 года произошло настоящее морское сражение между ВМФ США и Ирана — по числу кораблей, крупнейшее со времен Второй Мировой войны. Целью США было уничтожение иранских нефтяных платформ в качестве возмездия за подрыв на иранской мине, установленной в международных водах, американского фрегата Samuel B. Roberts.

По данным историка Питера Хатчхаузена\Peter Huchthausen, автора книги “Малые Войны Америки”\America’s Splendid Little Wars: A Short History of US Engagements from the Fall of Saigon to Baghdad, в ходе операции боевые корабли и самолеты обеих сторон использовали ракеты и артиллерию, однако превосходство США в силах быстро сказалось: Иран потерял шесть ракетных катеров, США — вертолет-разведчик, потерпевший крушение, возможно, в момент ухода из-под обстрела.

Американский военный крейсер «Винсеннес» («Vincennes»»), прибывший в этот район в мае 1988 года, уже в июне стал участником серьезного инцидента. Корреспондент «Вашингтон пост» Патрик Тайлер сообщил, что командир корабля «предпринял попытку внести изменение в гражданское воздушное сообщение, что могло привести к столкновению в воздухе двух пассажирских самолетов». Другими словами, «Винсеннес» вынудил пассажирский самолет изменить курс, что едва не привело к авиакатастрофе. Этот инцидент произошел 8 июня и послужил основанием для протеста правительства ОАЭ посольству США в Абу-Даби. «Корабли создают ужасную опасность для гражданских самолетов и ставят под угрозу жизнь людей, — предупреждал представитель авиационной диспетчерской службы в Дубаи. — Проблема в том, что командир каждого нового американскоговоенногокорабля,прибывающеговПерсидскийзалив,недостаточно информирован и не понимает, как надо действовать в отношении движения пассажирских самолетов». Другой представитель авиационной диспетчерской службы в ОАЭ сказал, что командиры американских кораблей время от времени сбивали с толку пилотов пассажирских самолетов, от которых требовали назвать себя и сообщить о «намерениях», причем некоторые высказывались в агрессивном тоне.

Последним актом противостояния стала гибель иранского пассажирского лайнера А-300 3 июля 1988 года сбитого ракетой, выпущенной американским крейсером «Винсеннес». . Погибли 298 пассажиров и членов экипажа.

Район Персидского залива близ Ормузского пролива. Воскресенье 3 июня, 10.54 по местному времени (06.54 по UTS). Две ракеты класса «земля — воздух» были выпущены с американского крейсера «Винсеннес» в направлении летевшего по международной трассе аэробуса А-300, за 3 минуты до того опознанного как истребительF-14.Спустямгновениякомандирукрейсерадокладываютопоражении цели. Обломки самолета, на борту которого находились 290 паломников, падают в море. Версию об истребителе F-14, который шел на сближение с крейсером «во враждебной манере», сообщают в Пентагон. Никто еще не знает, что День независимости, отмечаемый в США 4 июня, объявят в Иране днем национального траура. Духовный лидер Ирана аятолла Хомейни, ведущий «танкерную войну» с Ираком, призвал своих сторонников ответить ударом на удар и взорвать какой- нибудь американский самолет. Согласно сообщению иранского агентства ИРНА, принадлежащий компании «Иран Эйр» аэробус «А-300», совершавший рейс в Дубай (Объединенные Арабские Эмираты), вылетел из аэропорта города Бендер- Аббас. Последний контакт пилота с диспетчерами аэропорта зафиксирован ровно в 10.54. Через 43 секунды его не стало. По данным радио Тегерана, самолет следовал «точно в международном коридоре». Официальный Вашингтон распространил свою версию катастрофы. В воскресенье 3 июля 1988 года крейсер «Винсеннес», фрегаты «Монтгомери» и «Джон Х.Сайдер» несли боевое дежурство. В 10.00 утра по местному времени радиолокаторы засекли три ракетных катера ВМФ Ирана, которые шли на перехват датского «Карома Маерск». «Монтгомери» поспешил на помощь датчанину и открыл огонь по иранским военным судам. Вертолет, поднявшийся с борта «Винсеннеса», был также обстрелян иранскими катерами. Крейсер направился к месту события; в 10.42 открыл огонь по катерам и потопил два из них. Через 5 минут на экранах радиолокаторов корабля появился «неопознанный самолет», который двигался в сторону «Винсеннеса».

Капитану Роджерсу показалось, что самолет вошел в пике, набирая скорость, будто бы собираясь атаковать корабль. Выбора не было минимальный радиус действия ракет составлял около 10 км. В 10.54.43 (6.54.43 по UTS), когда самолет достиг отметки 14 км, капитан произвел залп двумя ракетами. По крайней мере одна поразила пассажирский самолет; он взорвался и рухнул в воду.

Через несколько часов министр иностранных дел Ирана Али Акбар Велаяти сделал заявление «Вашингтон практически признался в своем преступлении, допустив, что его вооруженные силы сбили ракетами иранский военный самолет. Никакого иранского военного самолета в это время в данном районе не было. Американскими ракетами сбит аэробус, совершавший рейс в Дубай». Пресса стран Персидского залива дружно осудила действия американских военных.

Президенту США Рональду Рейгану пришлось сделать специальное заявление. Он признал ответственность американских ВМС за гибель иранского лайнера, охарактеризовал ее как «страшную человеческую трагедию». Однако, добавил президент, ракеты были выпущены в качестве «надлежащей оборонительной акции» с целью «самозащиты от возможного нападения». Крейсер действовал в соответствии с «существующим приказом», после того как самолет «не отреагировал на неоднократные предупреждения». Рейган хотя и выразил сожаление в связи с ужасной человеческой трагедией, но тут же заявил, что политика сохранения присутствия военно-морских сил США в составе 25-30 кораблей, которые призваны защищать морские пути от иранских атак, останется без изменений. Фраза Рейгана, назвавшего действия крейсера «Винсеннес» «надлежащей оборонительной акцией», стала, по сути дела, официальной концепцией администрации. Интерпретация события как «трагической случайности» тут же была изложена в специальных посланиях, разосланных из Вашингтона в столицы союзных США государств. Руководители ряда натовских стран, как, например, английский премьер-министр Тэтчер, тут же подхватили эту интерпретацию, чтобы подтвердить «право» находящихся в Персидском заливе ВМС США на «самооборону». В конгрессе США, где большинство принадлежало демократам, назначены слушания с целью выяснить, в какой мере пентагоновские круги повинны в случившемся. В письме руководству конгресса, нацеленном на исключение любых настроений в пользу введения в действие закона о военных полномочиях от 1973 года, Рейган объявил инцидент закрытым. Введение в силу закона привело бы к уходу США из Персидского залива, что противоречило стратегическим интересам Вашингтона в этом районе.

Руководители Пентагона утверждали, что иранский самолет посылал два опознавательных сигнала — «гражданский» и «военный» — и потому его можно было принять за боевую машину. Но тут же выяснилось, что американский фрегат «Сайдс», оперировавший в том же районе, не принимал никакого «военного» сигнала. Больше того, радиолокатор «Сайдса» показал авиалайнер находился на гораздо большей высоте, чем утверждалось, и никак не проявлял намерения осуществить атаку. Опровергая аргументы американского командования, авиадиспетчеры из стран Персидского залива обвинили ВМС США в том, что те постоянно игнорируют сигналы, которые помогают отличить военные самолеты от гражданских. Они вновь поставили в вину американцам опасное вмешательство в воздушное сообщение над водами залива. Многие журналисты в Америке акцентировали внимание на технических аспектах происшедшего. Та же телекомпания Эй-Би-Си со ссылкой на представителей ВМС США передала, что командир «Винсеннеса» приказал проверить, не гражданский ли самолет приближается к крейсеру, однако ракеты были выпущены до того, как проверка закончилась.

Справка. Крейсер «Винсеннес» принадлежит к крейсерам типа «Тикондерога», начавшим поступать на вооружение ВМС США в 1983 году. Подобные крейсеры имели самую современную для того времени многофункциональную систему оружия «Иджис». В ее состав входят зенитные управляемые ракеты «Стандарт-2», две универсальные пусковые установки, управляемые ЭВМ, радиолокационная станция, которая обеспечивает круговой обзор, обнаружение и сопровождение более ста целей. По характеру отраженного сигнала она способна отличить ложные цели, имеет большую помехозащищенность. Кроме того, система способна определять потенциально опасные цели, оптимально распределять их между различными видами оружия, вырабатывать рекомендации на открытие огня. Словом, технически аппаратура крейсера, его оборудование должны были исключить трагедию.

В связи с этим ставилась под сомнение квалификация оператора корабельной радарной установки. По другой версии, коренная причина катастрофы заключалась в ошибке компьютера на борту крейсера. Это может означать, что пассажиры и экипаж иранского авиалайнера стали первыми жертвами «искусственного интеллекта», то есть процедуры, когда компьютеры не ограничиваются наблюдением за обстановкой и делают выводы, а также дают людям рекомендации. Претендент на пост президента США от демократической партии Джесси Джексон, имея в виду трагедию иранского авиалайнера, высказался откровенно «Это не техническая ошибка или ошибка компьютера — это ошибка в нашей политике». Действительно, в связи с трагедией над Ормузским проливом возникало немало вопросов. Например, как экипаж крейсера, оснащенного наисовременнейшей электронной системой слежения «Иджис», мог принять аэробус за «небольшой истребитель» Ведь иранский самолет набирал высоту, а не шел вниз, как бывает при атаке. Да и скорость его вдвое меньше сверхзвукового F-14.

По просьбе Ирана было созвано экстренное заседание Совета Безопасности ООН для обсуждения одного вопроса об уничтожении иранского пассажирского авиалайнера с 298 пассажирами и членами экипажа на борту ракетами, выпущенными с американского военного корабля в Персидском заливе. Первым 14 июля выступил министр иностранных дел Ирана Али Акбар Велаяти. В его полуторачасовой речи были и горечь за погибших, и гневное осуждение действий США, и призыв к международному сообществу о поддержке. Велаяти привел подробности трагедии 3 июля, стенограмму переговоров пилотов с диспетчерами в течение 7 минут полета, — последняя оказалась роковой. Слова пилота «всего хорошего» — это все, что услышал диспетчер. Затем связь оборвалась ее прервали две стандартные ракеты класса «земля-воздух», выпущенные с корабля ВМС США «Винсеннес». Далее иранский министр заявил «Даже если принять американские утверждения, что это несчастный случай, это ни в коей мере не умаляет серьезной ответственности США. Ясно, что, наделив своих военно-морских офицеров в Персидском заливе столь широкими полномочиями и принимая во внимание нестабильность обстановки, созданную присутствием там ВМС США, американские политические деятели прекрасно осознавали неизбежность подобных трагедий и при этом ничего не сделали для их предотвращения». В ответной речи вице-президент США Буш возложил всю ответственность за трагедию на Иран, поскольку, мол, он не обеспечил, чтобы маршрут авиалайнера не пролегал в районе боевых действий. Отсюда трагическую ошибку допустили отнюдь не ВМС США, а сами иранцы — тем, что направили самолет над военным кораблем. Вскоре после начала закрытых слушаний в комитете палаты представителей по делам вооруженных сил США, на которых давали показания пентагоновские чины, выявились многочисленные противоречия в сообщаемых ими сведениях.

США впоследствии утверждали, что команда крейсера приняла лайнер Air- bus за иранский истребитель. Впоследствии появились сообщения, что в момент атаки Vincennes находился в территориальных водах Ирана. Но как спутать огромный гражданский аэробус с боевым самолетом F-14, размеры которого в 3 раза меньше. Объяснения нет.

Любопытно, что в 1983 году вашингтонская администрация задавалась тем же вопросом как мог советский летчик перепутать пассажирский «Боинг» с разведывательным самолетом. Пентагоновские генералы в конце концов признали, что авиалайнер не только не отклонялся от положенного маршрута, но в момент, когда по нему выпустили ракеты, шел почти прямо по центру «воздушного коридора шириной 20 км, установленного для гражданских самолетов между Бендер-Аббасом и Дубаем». Но, несмотря на все это, администрация США добилась, чего хотела слушания в конгрессе фактически зашли в тупик. «Дебаты вокруг инцидента с иранским авиалайнером погрязли в технических деталях», — подвел итог лидер демократического большинства в сенате Роберт Бэрд. Пытаясь побыстрее замять скандал, Белый дом объявил, что намеревается выплатить компенсацию семьям погибших пассажиров и членов экипажа. В конце концов всю вину за трагедию в Персидском заливе американцы окончательно возложили на Иран. Результаты широкомасштабной пропаганды не заставили себя ждать.

«Большинство американцев верят, что действия крейсера «Винсеннес», сбившего иранский пассажирский самолет, оправданны», — подвела итог «Вашингтон пост», отмечая, что так считают 71% участников общенационального опроса, проведенного газетой совместно с телекомпанией Эй-Би-Си; 74% опрошенных заявили, что в «случившемся в большей степени виноват Иран». Противоположного мнения придерживались соответственно 24 и 14 процентов американцев.

В 1996 году США согласились выплатить семьям погибших пассажиров компенсацию в $61.8 млн., причем Вашингтон отказался компенсировать стоимость самого самолета.[179]

После инцидента с самолетом, Иран, безуспешно стараясь получить дипломатическую поддержку, обнаружил, насколько сильна образовавшаяся вокруг него политическая изоляция. Все эти факторы еще более усиливали необходимость пересмотреть упорную позицию Ирана продолжать войну.

17 июля Иран информировал Организацию Объединенных Наций о своем желании пойти на перемирие. “Принятие этого решения было равносильно принятию смертельного яда, — заявил Хомейни. — Я подчинил себя воле Бога и выпил этот напиток ради его удовлетворения”. Но жажда мести не оставляла Хомейни. “Если Бог даст, придет день, когда мы выльем боль наших сердец и отомстим аль-Сауду и Америке”, — добавил он. Аятолле не суждено было увидеть этот день — не прошло и года, как он умер.

После послания Ирана в ООН прошло еще четыре месяца и было проведено множество переговоров прежде, чем Ирак согласился на перемирие. Наконец 20 августа 1988 года оно вступило в силу, и Ирак сразу же приступил к символическим поставкам нефти из своих портов в Персидском заливе, чего он был лишен в течение восьми лет. Иран объявил о своем намерении заново построить огромный нефтеперерабатывающий комплекс в Абадане, который в начале столетия явился исходным пунктом развития всей нефтяной промышленности на Среднем Востоке, а в 1980 году, в первые же дни войны был почти полностью разрушен. Ирано-иракская война закончилась тупиковой ситуацией, хотя и в пользу Ирака. И теперь Ирак, выиграв войну, намеревался стать главной политической силой в зоне Персидского залива и одной из главных мировых нефтяных держав.

Периодически США и Иран делали определенные шаги навстречу друг другу, однако заметный прогресс достигнут не был. Например, в конце 1990-х годов возникла идеология “диалога цивилизаций” (подразумевались Иран и демократический мир). Тогда президент США Билл Клинтон\Bill Clinton публично принес извинения Ирану за предыдущие американские ошибки (в частности, за помощь в свержении правительства Моссадыка — 1952 год).

Впоследствии высокопоставленные представители США и Ирана объявляли о намерении сотрудничать в деле борьбы с наркоторговлей, стабилизации обстановки в Афганистане. И Иран, и США рассматривали режим талибов как угрозу — в 2002 году американские и иранские дипломаты впервые участвовали в двусторонних переговорах, которые, правда, закончились ничем. Схожие взгляды были у Вашингтона и Тегерана и по поводу режима Саддама Хусейна — наиболее мощного и последовательного врага Ирана в этом регионе. Ситуация изменилась к худшему после прихода к власти в Иране президента Махмуда Ахмадинеджада (сменившего Хатами, пользовавшегося репутацией реформатора и призывавшего — хотя бы на словах — к нормализации отношений с США), который сделал ряд агрессивных заявлений и активно защищает право Ирана на создание ядерного цикла.

Попытки иных международных игроков наладить отношения с Ираном также большей частью проваливались. К примеру, Ганс-Дитрих Геншер, который долгое время был министром иностранных дел Федеральной Республики Германия, проводил политику “критического диалога”, стремясь вернуть Тегеран в международное сообщество (то есть, убедить иранские власти пересмотреть свои действия, что позволило бы Ирану избавиться от имиджа “государства- изгоя”). Переговоры тянулись долго, но к реальным результатам не привели. Чуть позже Франция (в лице министра иностранных дел Ролана Дюма) проводила политику “конструктивного диалога”, который преследовал аналогичные цели и дал аналогичные результаты. Неудачей (во всяком случае на нынешнем этапе) закончились и иранские проекты премьер-министра Испании Фелипе Гозалеса и министра иностранных дел Великобритании Джека Стро\Jack Straw. Проблемы с Ираном испытывают и иные государства — в частности, Египет (не смог наладить полноценные дипломатические отношения с Тегераном), Кувейт (два десятилетия ведет безуспешные переговоры о демаркации Персидского Залива) и Турция (обвиняет Тегеран в поддержке турецких военизированных формирований шиитов и курдов).[180]

Деталь, до исламской революции в Иране (1979год) Вашингтон и Тегеран были почти союзниками. После этого отношения резко ухудшились. Ныне высшее руководство США и Ирана периодически угрожают друг другу.

Новый президент. Тучи над Тегераном стали сгущаться с июня 2005 года, когда президентом страны стал ультраконсервативный и радикально настроенный Махмуд Ахмадинежад. Почти сразу после его инаугурации 3 августа с.г. Исламская Республика вышла из переговоров по ее ядерной программе, отказавшись от контактов с «европейской тройкой» (Великобритания, Германия, Франция). Несмотря на недавние заявления иранской стороны о готовности возобновить диалог, он по-прежнему остается замороженным. США, поддержанные европейцами и Израилем, настаивают на передаче иранского ядерного досье в СБ ООН.

А пока Соединенные Штаты Америки ввели санкции против девяти иностранных фирм из Китая, Индии и Австрии, которые поставляли Ирану военные технологии. По информации госдепартамета, эти фирмы лишены права вести торговые операции с американскими фирмами. Санкции основываются на введенном 5 лет назад законе, целью которого было помещать Ирану создать оружие массового поражения.[181]

Сотрудничество Москвы и Тегерана. Первоначально стоимость российско- иранского контракта на достройку первого блока АЭС в Бушере составляла 274 около 800 млн. долл. По последним данным, эта цифра вплотную приближается к 1 млрд. Контракт предусматривает поставку в Иран ядерного реактора ВВЭР- 1000 и ядерного топлива, направление российских специалистов. Планируемая дата физического пуска атомного реактора на АЭС в Бушере — середина 2006 года. Первая партия ядерного топлива для АЭС в Бушере массой около 90 т уже изготовлена.[182]

Хотя Иран настаивает на том, что стремится к выработке лишь атомной энергии, израильская разведка заключила, что он водит мировое сообщество за нос и не намеревается отказываться от своего права — которое, по мнению Ирана, у него есть, — производить ядерное оружие.

России, которая продолжает активно развивать сотрудничество с Ираном как в сфере ядерных технологий, так и в области ВПК. На днях поступила информация о заключенной между Тегераном и Москвой сделке по поставке иранцам систем ПВО «Тор-М1», способных сбивать как ракеты, так и самолеты. Россия объявила 7 декабря о контракте на поставки из РФ в Иран ЗРК “Тор-М1”. В Иран отправятся 29 российских ЗРК “Тор-М1”. Контракт оценивается в $700 миллионов.[183]

Модернизированный ЗРК “Тор-М1” представляет собой комплекс пятого поколения, способный с высокой эффективностью поражать все типы самолетов, вертолетов, а также крылатые ракеты и беспилотные летательные аппараты. Комплекс способен более эффективно поражать высокоточные ракеты. У зенитных систем увеличилась зона поражения, а высота поражения доведена с шести до десяти километров. Кроме того, в ЗРК улучшена система защиты от различного вида помех.

Справка. В состав ЗРК “Тор-М1” входят боевая машина комплекса 9A331-I на самоходном шасси и два ракетных модуля 9М334. БМ — это радиолокатор обнаружения целей; радиолокатор сопровождения воздушных целей и ракет; цифровая ЭВМ; аппаратура стартовой автоматики, навигации и топопривязки, документирования процесса боевой работы; системы функционального контроля БМ и автономного электропитания, а также жизнеобеспечения. Ракетный модуль состоит из четырехместного транспортио-пускового контейнера с четырьмя ЗУР 9М331. Зенитная управляемая ракета является одноступенчатой с твсрдотопливным двухрежимным двигателем, с управлением на стартовом и маршевом участках и стабилизацией ракеты по крену. Все боевые средства располагаются на самоходном гусеничном шасси высокой проходимости. Масса БМ с восемью ЗУР не превышает 37 тонн. Боевой расчет — 3-4 человека.

Комплекс обеспечивает надежную защиту важных административных, экономических и военных объектов, первых эшелонов сухопутных соединений от ударов всех современных и перспективных противорадиолокационных и крылатых ракет, дистанционно пилотируемых летательных аппаратов, планирующих авиабомб, самолетов и вертолетов, в том числе и выполненных по технологии “стеле”. Это единственный комплекс в мире, способный одновременно обнаруживать и опознавать 48 целей, сопровождать и вести одновременно огонь по двум. При этом высота цели может находиться в диапазоне от 10 метров, что очень удобно для поражения появляющихся из-за холмов, сопок и иных укрытий средств нападения, до 6.000 метров. “Тор-М1” автономен и имеет малое время реакции. В нем использованы самые новейшие — многофункциональные антенные решетки, процессоры обработки сигналов нового поколения, современное программное обеспечение.

Антиизраильские высказывания президента Ирана. За полгода президентства Махмуд Ахмадинежад не раз становился объектом скандалов мирового масштаба, прежде всего в связи с его антиизраильской риторикой. 26 октября 2005 года, выступая на конференции под названием «Мир без сионизма» Ахмадинежад заявил, что Израиль должен быть «стерт с карты мира». «Новая волна противостояния, порожденная в Палестине, а также нарастающее напряжение в исламском мире может вмиг стереть Израиль».

8 декабря 2005 г., в Мекке на саммите Организации Исламская Конференция, Ахмадинежад заявил, что «опухоль» — государство Израиль — должна быть перенесена в Европу. «Германии и Австрии следует выделить одну, две или сколько угодно из своих провинций сионистскому режиму, чтобы он создал там свою страну... и проблема будет в корне решена. Вы считаете, что евреев притесняли, почему же за это должны платить палестинские мусульмане? Вы их притесняли, вы и отдайте часть Европы сионистскому режиму, и пусть он строит свою государственность там, а мы его даже поддержим».[184]

Эти высказывания Ахмадинежада вызвали волну критики в мировых столицах. МИД РФ отметил, что «есть общеизвестные исторические факты, связанные со Второй мировой войной, в том числе и с Холокостом. Данные факты не подлежат ревизии, и это необходимо осознавать всем».

Вооруженные силы. Военно-политическое руководство Ирана вынуждено уделять особое внимание вопросам обеспечения национальной безопасности страны путем развития и совершенствования национальных вооруженных сил, а также повышения их боевой мощи и технической оснащенности. Актуальность данной проблемы обусловлена продолжающимся жестким нажимом на ИРИ со стороны США, вплоть до угрозы силового вмешательства Вашингтона во внутренние дела государства, а также наличием кризисных ситуаций и вооруженных конфликтов непосредственно у иранских границ (Афганистан, Персидский залив, север Ирака, Нагорный Карабах).

В этой связи особое значение для Ирана приобретает вопросы боеготовности ВС ИРИ, развития и наращивая их боевого потенциала.

Военный бюджет Ирана превышает 4 млрд. долл. Если в 1997 г. доля военных расходов ВВП составляла 5,4%, то в нынешнем — 6,5.

Вооруженные силы. Регулярные вооруженные силы Ирана на 1 января 2003 г., по данным Лондонского института стратегических исследований, насчитывают свыше 900 тыс. солдат и офицеров — это более 1,5% от общей численности населения страны, что очень много для государства, не ведущего военных действий.

В боевом составе ВС 44 дивизии (32 пехотные, 3 механизированные, 7 бронетанковых, воздушно-десантная и воздушно-штурмовая); 44 отдельные бригады, 7 ракетных бригад, 25 эскадрилий боевой авиации, 6 бригад надводных и бригада подводных кораблей.

На вооружении этих соединений состоят: 116 пусковых установок тактических и оперативно-тактических ракет, 2400 танков, 1800 полевых орудий, 900 реактивных установок залпового огня, 306 боевых самолетов, 375 ударных вертолетов, 26 надводных кораблей 1-го класса, 3 подводные лодки, 170 боевых катеров — ракетных и торпедных, более 300 противокорабельных ракет в береговой обороне.

ВМС Ирана на Каспии представлены двумя структурами. Это командование ВМС армии в зоне Каспия (военно-морская база Энзели) и командование ВМС Корпуса стражей исламской революции (батальон охраны побережья в порту Ноушехр). В портах Ноушехр, Энзели и Решт действуют учебные центры ВМС армии. На Каспии же расположена школа иранских боевых пловцов.

Всего ВМС Ирана имеют на Каспии около 90 боевых и вспомогательных единиц корабельного состава, преимущественно мелких. В их число входят 3 сверхмалые подводные лодки собственной постройки (принимают на борт группу боевых пловцов), устаревший базовый тральщик, патрульные катера и вооруженные моторные лодки. По оценкам, Иран способен достаточно быстро увеличить в 1,5 раза свою группировку на Каспии переброской катеров из Персидского залива (включая 4 катера на воздушной подушке).

Военная промышленность Ирана освоила выпуск собственных зенитных систем на базе зенитных ракетных комплексов (ЗРК) «Хок», переносных зенитных ракетных комплексов (ПЗРК) «Стрела-2» и «Стингер».

Иранцы разработали несколько видов беспилотных самолетов, наиболее известные из которых — Ababile-5, имеющий средний радиус действия, и предназначенный для слежения и разведки, а также Ababile-T, имеющий малый радиус действия, и предназначенный для атаки. Длинна самолета — 288 сантиметров, высота — 91 сантиметр, вес — 83 килограмма. Он может нести 40 килограммов полезного груза. Управление самолета основано на системе спутниковой навигации GPS.

В ближайшее время иранская ПВО начнет получать из России зенитный ракетный комплекс «Тор-М1». Он способен одновременно обнаруживать и опознавать до 48 целей, сопровождать и атаковать сразу две цели, летящие на высотах от 20 до 6000 м в радиусе от 1 до 12 км.

Нужно отдать должное командованию вооруженных сил ИРИ, с помощью китайских специалистов началась срочная модернизацию своих радиолокационных станций. Ключевой частью программы модернизации иранских радаров является компьютерезированная система связи между разными станциями, таким образом, что операторы одной РЛС могут видеть на экранах своей станции информацию собираемую другой, за сотни километров. Это даст иранским средствам ПВО значительно большие возможности и лучшую интеграцию с другими видами войск, более ранее предупреждение о нападении.

В составе ВВС Ирана 25 эскадрилий боевой авиации и 14 эскадрилий вспомогательной авиации. Численность личного состава около 100 тыс. человек. ВВС включают истребительную, бомбардировочную и разведывательную авиацию, а также — военно-транспортную, заправочную, связи и управления. Иран располагает 270 самолетами боевой авиации; 375 боевыми вертолетами; 164 пусковыми установками ЗУР; 1500 орудиями зенитной артиллерии и 1700 ПЗРК. Иран способен нанести контрудар прежде всего оперативно-тактическими ракетами советского производства «Скад-Б» (дальность полета до 300 км) и «Скад-С» (до 500 км), а также «Шихаб-3» с дальностью пуска до 1300 км. Кроме того, ведутся работы над «Шихаб-4» (дальность — 2000 км) и над стратегической баллистической межконтинентальной ракетой «Шихаб-5».

Корпус стражей исламской революции (КСИР). Является частью Вооруженных сил ИРИ, он вне армейских функций (а их гораздо больше, чем армейских) не подотчетен руководству ВС. Главнокомандующий КСИР подчиняется напрямую Верховному лидеру страны. Поэтому зачастую Корпус проводит самостоятельную внешнюю и внутреннюю политику, которая может не соответствовать курсу кабинета министров или даже президента (второго государственного лица в политической иерархии ИРИ после Верховного лидера). Поэтому 16 лет реформ после смерти Хомейни не затронули сути КСИР как оплота радикального «хомейнизма».

Особое место в системе КСИР занимают силы специального назначения «Кодс». «Кодс» (от Аль-Кудс — одно из арабских названий Иерусалима) непосредственно обеспечивает иранские интересы за рубежом с использованием специфических методов. Деятельностью «Кодс» руководит главнокомандующий КСИР.

В силах «Кодс» есть девять управлений:по Турции и Закавказью; по Ираку; по Ливану; по Центральной Азии, СНГ, Пакистану, Индии, Афганистану; по Северной Африке; по Центральной и Южной Африке; по Европе, Северной и Южной Америке; по странам Персидского залива; по специальным операциям.[185]

Примечательно, что Ливан, так же как и Ирак, выделен в самостоятельное подразделение, что свидетельствует о том значении, которое придают этим странам в Тегеране.
«Кодс» выполняет стратегические разведывательно-диверсионные функции. В частности, эта организация отбирает наиболее преданных делу исламской революции иранцев, готовит из них оперативных работников внешней разведки. После прохождения специальной подготовки они работают за границей под легальным прикрытием или в качестве нелегалов. Кроме самостоятельного непосредственного ведения разведки, сотрудники «Кодс» за рубежом создают агентурную сеть путем вербовки местных исламистов, прежде всего в иранской диаспоре стран Европы, Северной и Южной Америки, Азии и Африки. В странах, где укоренен шиизм, эта иранская спецслужба опирается на сеть местных мечетей, медресе, культурных и благотворительных организаций.[186]

Помимо этого «Кодс» осуществляет контроль и координацию деятельности проиранских шиитских организаций, в первую очередь своей главной силы — группировки «Хизбалла».

Иран-ядерное государство? В 1958 году Иран ратифицировал устав МАГАТЭ, а в 1959 году основал Центр ядерных исследований при Тегеранском университете. В 1967 году при помощи специалистов из США на базе центра построен первый в стране атомный реактор. В июле 1968 года Иран подписал Договор о нераспространении ядерного оружия. В 1973 году по инициативе шаха Мохаммеда Раза Пахлеви началась реализация программы, предусматривавшей создание 23 энергоблоков АЭС. В 1974 году при помощи французской фирмы Tech- nique Atom и специалистов ФРГ и США начато строительство Центра ядерных исследований в Исфахане. В 1974 году Иран заключил договор с немецкой компанией Kraftwerk Union на строительство двух энергоблоков в Бушере, а в 1976 году — с французской Framatome еще на шесть энергоблоков для двух АЭС.[187]

Из закрытой справки МИД для администрации Президента РФ, 23.12.2001 г.:

«Иран в настоящее время имеет достаточно широкий доступ к ядерным технологиям западного происхождения. Его правительство имеет в собственности значительный пакет акций французского концерна «Eurodif», который производит топливо для АЭС. Это связано с политикой на сближение с Ираном, которую проводит Франция. Кроме того, прорабатывается контракт с Канадой о поставке в Исламскую республику Иран тяжеловодного реактора типа CanDU.

В Тегеране действует исследовательский реактор американской постройки мощностью в 5 мегаватт, который работает на высокообогащенном уране и является практически фабрикой производства материалов для ОМП (оружия массового поражения — прим.ред.). В середине 1980-х годов, когда США прекратили сотрудничество с Ираном, перезагрузку реактора делали аргентинские специалисты...

В настоящее время Иран способен произвести если не ядерные боеприпасы, то т.н. «радиоактивную бомбу», в которой путем взрыва обычного заряда происходит распыление крайне токсичных и радиоактивных материалов (например, плутония) без ядерного взрыва. Однако иранцы неизменно провозглашают верность принципам ДНЯО (договора о нераспространении ядерного оружия — прим.ред.) и обеспечивают доступ на свои объекты инспекциям МАГАТЭ...»

В 1974 году была создана Организация по атомной энергии Ирана, которая разработала план строительства 23 ядерных энергоблоков. На его реализацию намечалось выделить в общей сложности около 30 млрд. долларов в течение 25 лет. Причем изначально программа основывалась на американской и западноевропейской технической помощи. Тогда ни США, ни союзников Вашингтона в Старом Свете ничуть не обеспокоило публичное высказывание Мохаммеда Реза Пехлеви, прозвучавшее в середине 1974 года: “Иран будет обладать ядерным оружием, без сомнения, быстрее, чем некоторые думают” (правда, позднее под давлением США шах дезавуировал это заявление).

В том же году Иран закупил по два атомных реактора во Франции и ФРГ. Еще 4 реактора Тегеран приобрел в Западной Германии в 1977 году. Спустя год США поставили Ирану исследовательский реактор мощностью 5 МВт. Сотрудничество с шахским режимом в ядерной сфере осуществляли также Франция, Аргентина и ФРГ, которая, в частности, начала строительство двух блоков АЭС в Бушере.

В 1979 году грянула исламская революция, и Иран отказался от программы строительства АЭС. Разработки в области атомной энергетики прекратили под давлением аятоллы Хомейни, считавшего ее “антиисламским явлением”. Страну покинули не только иностранные специалисты, но и многие собственные ученые- ядерщики.
В первой половине 1980-х годов новые иранские руководители попытались возобновить реализацию ядерной программы. С помощью КНР был создан научный центр в Исфагане, куда доставили исследовательский реактор на тяжелой воде. Возобновилась добыча урановой руды.

В 1989 году после смерти аятоллы Тегеран начал переговоры о сотрудничестве в сфере атомной энергетики с СССР и Китаем. В 1992 году с КНР подписан договор о строительстве двух реакторов в Дарховине, в январе 1995 года РФ и Тегеран заключили контракт на $800 млн на достройку реактора в Бушере. В 1997 году при помощи КНР достроен центр в Исфахане.

В 1992 году было подписано соглашение между правительствами Российской Федерации и Исламской Республики Иран о сотрудничестве в области мирного использования атомной энергии, которое предусматривает ряд направлений: использование ядерных технологий в медицине, сельском хозяйстве и промышленности, фундаментальные исследования в области ядерной физики и др. Однако на практике все ограничивается сооружением блока № 1 АЭС в Бушере.

Это необычный и очень сложный в техническом отношении проект. Его уникальность заключается в том, что российское оборудование приходится состыковывать со строительными конструкциями и оборудованием, оставшимися на площадке после ухода из Ирана немецкой фирмы. Интеграция разнотипного оборудования потребовала проведения огромного объема дополнительных научно-исследовательских, проектно-конструкторских и строительно-монтажных работ.[188]

Если верить СМИ, после террористической атаки на США 11.09.2001 года в российско-американских отношениях наступило невиданное потепление. Увы, 280 в жизни американцы ничуть не ослабили железной хватки во всем, что касается защиты собственных политических и экономических интересов.

Они по-прежнему не снимают жестких санкций с НИКИЭТ — крупнейшего научно-исследовательского института в ядерной промышленности России, введенных в январе 1999 года. Его обвиняют в том, что он помогает Ирану обзавестись ядерной бомбой. Попутно обвиняются и наши космические фирмы. Они, стало быть, помогают персам смастерить под эту бомбу баллистическую ракету.

За всем этим кроется невиданная борьба за новые рынки.[189]

Как сообщает Associated Press, Конгресс США «в случае необходимости» намерен использовать в отношении Ирана военную силу. Об этом заявил в своем выступлении глава сенатского большинства Билл Фрист.

«Мы не можем позволить Ирану стать страной, обладающей ядерным оружием. Нам нужно прибегнуть к дипломатическим санкциям. Если это не сработает, то к экономическим санкциям. Если и это не поможет, то мы будет вынуждены рассмотреть возможность применения военной силы», — заявил он в субботу вечером 4 февраля на конференции республиканцев штата Миссури.

Отвечая на вопрос, хватит ли членам Конгресса политической воли, чтобы одобрить нанесение удара по Ирану, Фрист отметил: «Мой ответ — да, безусловно».[190]

Справка. 13 декабря 2002 года представитель госдепа США Ричард Баучер заявил, что Иран строит центрифуги для получения обогащенного урана в военных целях в Натанзе и Араке. США призвали ООН ввести санкции против Ирана. В феврале 2003 года инспекторы МАГАТЭ проверили данные объекты, но прямых доказательств наличия военной составляющей в атомных разработках Ирана выявлено не было. 13 июня 2003 года директор МАГАТЭ Мухаммед аль-Барадеи обвинил Иран в нарушении ДНЯО. 11 ноября 2004 года Иран в качестве жеста доброй воли приостановил обогащение урана. Эксперты МАГАТЭ опечатали центр в Исфахане и реактор в Натанзе. Однако США и ЕС продолжали настаивать на полном прекращении обогащения урана, обещая Ирану экономическую помощь и содействие при вступлении в ВТО. 10 августа 2005 года, после избрания президентом Ирана Махмуда Ахмади-Нежада, сорваны пломбы с оборудования центра в Исфахане, но обогащение урана не началось. 24 сентября МАГАТЭ приняло резолюцию о передаче иранского ядерного досье в Совет Безопасности ООН, если Тегеран полностью не откажется от обогащения урана. 24 декабря РФ официально объявила, что готова создать с Ираном СП по обогащению урана на российской территории. 10 января 2006 года сняты пломбы с реактора в Натанзе, а 6 февраля Тегеран официально заявил о возобновлении работ по обогащению. 26 февраля на переговорах в Бушере глава Росатома Сергей Кириенко и вице-президент Ирана Голям-Реза Агазаде договорились о создании СП. Но дальше разговоров дело не пошло.

8 марта 2006 года, в Международный женский день, МАГАТЭ приняло окончательное решение передать обсуждение иранской ядерной программы в Совет Безопасности ООН. Представитель США в МАГАТЭ Грегори Шульте, долго и методически выкручивавший руки Агентству, не скрывал своего удовлетворения. Позиция главы МАГАТЭ Мухаммеда Эль-Барадеи по сей день остается неоднозначной. С одной стороны, он раз за разом повторяет, что разумное решение иранской проблемы фактически уже найдено и может быть оформлено официально в течение нескольких дней; стало быть, политизировать проблему, тем более впутывать в нее Совет Безопасности, нет нужды. С другой стороны, он вынужден признать, что Иран продолжает работы по обогащению урана, постоянно морочит голову инспекторам Агентства и, что хуже, явно и тайно осуществляет действия, которые невозможно толковать иначе как направленные на развитие военной ядерной программы. Не совсем понятно, как эти два утверждения могут быть примирены.[191]
С другой стороны, успешные военные ядерные программы соседей Ирана — Индии и Пакистана — также пробудили в Тегеране соответствующий аппетит. Сегодня существование и серьезность иранской военной ядерной программы можно считать доказанными. Иранцы осуществляют довольно серьезные энергетические ядерные проекты, промышленные и исследовательские, и, не стесняясь, используют их для маскировки своих военных планов.

Соглашение, подписанное Бушем и д-ром М.Сингхом, премьер-министром Индии, предусматривает разностороннее сотрудничество между двумя странами в области развития их ядерных программ. США поделятся с Индией ядерными технологиями и даже поставят ей ядерное топливо для атомных электростанций. Эти поставки позволят Индии интенсифицировать наращивание своего военного ядерного потенциала, поскольку теперь все ее собственные обогатительные мощности будут переведены на военные рельсы. Новое соглашение не только ни единым словом не упоминает ныне покойные санкции, но и полностью игнорирует то обстоятельство, что Индия в свое время нанесла смертельный удар международным усилиям по ограничению распространения ядерного оружия. Более того, в нем никак не отражен тот факт, что Индия по сей день не подписала Договор о нераспространении ядерного оружия (NPT).

Мало того, американцы — как бы от имени мирового сообщества — проигнорировали действующее уже несколько десятилетий важнейшее правило — не продавать и не поставлять ядерные технологии странам, не подписавшим NPT. США согласились со следующей схемой: 14 индийских ядерных реакторов (из существующих 22-х) будут определены как мирные и открыты для международной инспекции, в то же время остальные 8 будут определены как военные и закрыты для инспекторов МАГАТЭ. Со всеми своими будущими — еще не построенными — реакторами Индия сможет делать все что захочет. Нет никакого сомнения в том, что грубое нарушение американцами международных ядерных правил имеет ясную цель: противопоставить Индию как новую, набирающую силу ядерную державу двум старым американским ядерным недругам или, если угодно, соперникам на мировой арене — прежде всего Китаю, но до какой-то степени и России.

Как известно, 31 июля 2006 года Совет Безопасности ООН принял резолюцию, согласно которой Иран должен до конца августа приостановить работы по обогащению урана. Принятая в соответствии со статьей 40 главы VII Устава ООН, резолюция обязательна к исполнению. В случае же отказа Ирана от реализации требования СБ ООН она предусматривает возможность введения против страны экономических и дипломатических санкций (а согласно главе VII Устава ООН, в качестве крайних мер не исключена возможность и военных действий).

Представители Ирана отвергли данную резолюцию, заявив, что документ «не имеет под собой правовых оснований» и приведет «к напряжению в ситуации вокруг иранской ядерной программы». Секретарь высшего совета национальной безопасности Ирана Али Лариджани подтвердил, что Иран не намерен, несмотря на требования ООН, приостанавливать работы по обогащению урана, но в то же время опроверг слухи, что Иран собирается выйти из Договора о нераспространении ядерного оружия. Иранский же президент Махмуд Ахмадинежад, выступая перед прессой в минувший вторник, заявил следующее: «Иран не удастся склонить к капитуляции по вопросу о ядерной программе, реализация которой направлена исключительно на развитие мирной ядерной энергетики». «Если они (в Совете Безопасности ООН. — Прим. ред.) думают, что резолюцию можно использовать против нас, как палку, то им следует знать, что иранский народ не подчинится языку силы», — отметил, в частности, Ахмадинежад.

Невзирая на жесткие оценки иранских лидеров, многие ждут от Ирана принятия положительного решения по вопросу о моратории на обогащение урана. Следует признать, такой сценарий устроил бы многие страны, но при этом вряд ли — самих иранцев.[192]

По состоянию на 15 октября 2006 г сложной сохраняется ситуация вокруг ядерной программы Ирана. Евросоюз надеется на продолжение переговоров с иранскими представителями, но одновременно поддерживает рассмотрение иранского вопроса в Совете Безопасности ООН. Вместе с тем, страны ЕС готовы приостановить усилия, направленные на введение международных санкций в отношении ИРИ, если Тегеран «предпримет позитивные шаги по преодолению кризиса вокруг его ядерной программы».

Ожидается, что проект резолюции СБ ООН по Ирану будет подготовлен уже на будущей неделе. В Тегеране же в очередной раз предупредили, что принятие репрессивных мер в отношении Ирана «исключит возможность компромиссного решения иранской ядерной проблемы». Причем президент страны М. Ахмадинежад считает, что Совет Безопасности ООН «потерял репутацию» и решения этого международного органа «перестали иметь значение».[193]

Лондонский еженедельник Janes Defence Weekly опубликовал интересную статью под заголовком: «Порочная дипломатия в отношении Ирана обречена на провал» в ней подчеркивается, что применение санкций на этом этапе не станет решением проблемы, а приведет к эскалации кризиса и укреплению режима Ахмадинежада и повысит вероятность военных действий, чреватых катастрофическими последствиями. Дипломатам же следует:

Во-первых, отложить принятие каких-либо поспешных решений по линии санкций и всерьез рассмотреть встречное предложение Ирана.

Во-вторых, не ставить предварительных условий, а принять предложение Ирана о проведении «серьезных переговоров» и вступить в них с искренним намерением попытаться определить интересы всех ключевых задействованных сторон.

В-третьих, наполнить конкретным содержанием предложения, сделанные группой «П5+1» 6 июня, в обмен на согласие Ирана на более строгие инспекции и отказ от переработки (как это было предложено иранской стороной в 2005 году) и таким путем продвинуться в переговорном процессе, не ставя предварительных условий.

В-четвертых, опубликовать согласованный документ Совета Безопасности ООН в отношении рисков, которые представляют различные разрабатываемые Ираном технологии с точки зрения безопасности, с тем чтобы установить очередность предложений и требований и сообща искать решение.

Кроме того, на Иран следует оказать давление мировому сообществу. Израиль и США должны заключить соглашение о гарантиях взаимной безопасности в качестве составной части региональной системы безопасности. В то же время члены Совета Безопасности ООН должны обратиться к вопросам размещения собственного ядерного оружия и более серьезно заняться выполнением многосторонних обязательств по разоружению, принятых ими на Конференции по рассмотрению действия ДНЯО в 2000 году.[194]

О непосредственной опасности речи не идет. На создание ядерного оружия Ирану потребуются годы. Жесткие предварительные условия, строгие санкции и осуждение — это работа на публику у себя в стране, но решить проблему с их помощью не получится. А вот с помощью активной, авторитетной дипломатии это сделать вполне возможно.

Судя по всему, Тегеран, несмотря на наращивание на него давления со стороны Запада, не намерен идти на уступки и выполнять главное требование — приостановку уранового обогащения. В то же Тегеран продолжает подходить к ядерной проблеме с позиции торга, намекая своим партнерам о готовности к диалогу и возможности в ходе последующих стадий переговоров смягчить позицию по отдельным аспектам, но только в случае новых уступок либо дивидендов со стороны Запада. Неисключено, что Иран будет последовательно проводить политику лавирования, играя на противоречиях стран «шестерки» (группа «П5+1», пять постоянных членов Совета Безопасности плюс Германия), в том числе и вокруг разрабатываемого проекта резолюции о введении санкций.

Израиль. Израиль готовился нанести удар по секретным ядерным объектам Ирана — до конца марта 2006 года. Соответствующий приказ министру 284 обороны отдал еще премьер-министр Ариэль Шарон. Но март прошел, а удара не последовало. Очевидно, идет переоценка ценностей. Взорвать арабский мир легко, но восстановить трудно.

Об этом, ссылаясь на источники в Минобороны Израиля, писала лондонская “Санди таймс”. По ее данным, в операции примут участие особое подразделение “коммандос” — некий отряд 262 (аналог британской SAS) и 69-я эскадрилья истребителей-бомбардировщиков F-15I, которые могут долететь до Ирана и вернуться домой без дозаправки. Статья в британском издании появилась буквально через пару дней после того, как президент Ирана Махмуд Ахмадинежад предложил “переместить Израиль в Европу” и поставил под сомнение факт Холокоста.

Как писала “Санди таймс”, израильская военная разведка (АМАН) выявила в Иране ряд небольших предприятий по обогащению урана, о которых ничего не известно МАГАТЭ (Международному агентству по атомной энергии). Эти объекты расположены в густонаселенных кварталах и хорошо замаскированы. К активным действиям (радиоперехватам, заброске агентов на вражескую территорию, спутниковому слежению) АМАН приступил после того, как включил Иран в число “наивысших приоритетов на 2005 год”.

Источник в израильском Минобороны считает операцию “абсолютно необходимой мерой”, поскольку она “отбросит атомный проект Ирана на годы назад”. “Нужно обеспечить стопроцентные шансы на успех”, — говорит чиновник, вспоминая, как в июне 1967 года израильтянам удалось за три часа разгромить ВВС Египта.[195]

Иран пытается создать единый фронт против Израиля. С этой целью, пишет “Санди таймс”, министр иностранных дел Исламской Республики Манушехр Моттаки провел в Дамаске переговоры с руководителями исламских военизированных группировок. Среди них были глава политбюро “Хамас” Халед Машаль, лидер “Народного фронта освобождения Палестины” Ахмад Джибриль, представители “Хезболлах” и “Исламского джихада”.

По данным военных источников в Израиле, премьер-министр Ариэль Шарон (но он сегодня тяжело болен) отдал приказ к концу марта привести вооруженные силы страны в готовность, чтобы в случае необходимости нанести удар по секретным объектам на территории Ирана, где происходит обогащение урана. Приказ последовал после того, как израильская разведка сообщила правительству, что в Иране существуют небольшие тайные объекты по обогащению урана, которые предположительно располагаются в зонах сосредоточения гражданского населения. По оценке специалистов конец мая станет «критическим моментом», после которого Иран получит технические возможности производить обогащенный уран в достаточных количествах, чтобы создать ядерную боеголовку в сроки от двух до четырех лет. Понятно, что Израиль — не может потерпеть того, чтобы Иран стал ядерной державой.

Как заявил Шарон. — «Мы способны справиться с такой ситуацией, и мы сделаем все необходимые приготовления, чтобы быть готовыми к такому развитию событий». Приказ о подготовке к возможному нападению поступил начальнику Генерального штаба Израиля из Министерства обороны. Источники в числе командования силами специального назначения подтвердили, что на прошлой неделе была объявлена высшая степень боеготовности к операции — степень «G». Согласно заявлениям, в результате трансграничных операций и радиоэлектронной разведки, которая проводилась с израильской базы, расположенной в Северном Ираке, были выявлены несколько объектов по обогащению урана на территории Ирана, о которых неизвестно МАГАТЭ.

Судя по всему, если проведение военной операции будет одобрено, Израиль использует военно-воздушные и наземные силы для того, чтобы нанести удар по нескольким атомным целям в надежде остановить ядерную программу Ирана на многие годы.

Израиль, вероятно, применит свою лучшую бригаду сил специального назначения, подразделение 262 — аналог британской Специальной авиационной службы (САС) — и стратегическую 69 эскадрилью самолетов F-15I, которая может ударить по Ирану и вернуться обратно без дозаправки.[196]

В числе основных объектов, подлежащих уничтожению, — завод по обогащению урана в Натанзе, предприятия по производству тяжелой воды в Араке и завод по выпуску гексафторида урана вблизи Исфахана.

Между тем, глава израильской военной разведки Аарон Зеэви-Фаркаш вызвал усиление давления на Иран после того, как он выступил в этом месяце с речью в израильском Кнессете и заявил, что, «если к концу марта международное сообщество не решит передать досье Ирана в Совет Безопасности ООН, тогда мы сможем сказать, что международные попытки исчерпали свой ресурс».

ПВО против СВН. Созданная в Иране система ПВО, оснащена устаревшими образцами вооружения и военной техники. Это американские зенитно-ракетные комплексы «Хок», поставленные в Иран в 1970-е годы, находятся в нерабочем состоянии из-за отсутствия запчастей. Российские комплексы С-200 имеют большую дальность, но состояние их боеготовности вызывает сомнение. Китайские С-75 давно устарели и бессильны против современной авиации.

Купленные недавно Ираном российские зенитные комплексы «Тор» ближнего действия требуют освоения. А военно-воздушные силы Ирана просто несопоставимы с американскими и никакого серьезного сопротивления не окажут.

Рассматривая состояние сил и средств ПВО Ирана можно сделать однозначный вывод: иранская ПВО не сможет оказать серьезного противодействия авиации США.

США. Четверть века США и Иран не поддерживают дипломатических отношений и, более того, постоянно проявляют открытую враждебность друг 286 к другу. Периодически предпринимались попытки улучшить двусторонние отношения, однако периоды разрядки были краткосрочными, а их снова сменяли периоды напряженности. Тайная борьба велась, прежде всего, на экономическом фронте.

Особую обеспокоенность США вызывают планы Тегерана создать азиатскую валюту АКЮ (Asian Currency Unit) и собственную нефтяную биржу, где оплата будет производиться в евро. Эти планы иранского руководства могут привести к смене соотношения доллара и евро и к дефолту в Америке.

Кроме того, без Ирана Соединенные Штаты не смогут контролировать мировой рынок энергоносителей. Именно поэтому им нужен послушный Иран, уверовавший в ценности американской демократии. И для достижения этой цели нужна не большая война, а хорошо спланированная и в короткие сроки проведенная боевая операция.

Важнейшим государством Персидского залива остается Иран, который по определению Вашингтона является «государством-изгоем». Американцы умеют навешивать ярлыки другим государствам и затем из этого пытаются извлечь пользу. Начиная с января 2002 года, когда президент США Джордж Буш- младший отнес Иран к “оси зла”. В свою очередь, высшие руководители Ирана периодически называют США “большим Сатаной” и иными малоприятными титулами. На протяжении последних лет США периодически обвиняли Иран в том, что он прячет на своей территории некоторых руководителей “Аль Каеды”, бежавших из Афганистана.

В 2003 году в Иране произошло страшное землетрясение, в результате которого погибло более 30 тыс. человек. США предложили значительные объемы гуманитарной помощи и на время смягчили санкции, однако Иран не допустил прибытия в разрушенный город Бам сенатора Элизабет Доул\Elizabeth Dole.

В 2005 году на территории Ирана разбился беспилотный американский самолет-разведчик, запущенной войсками США с территории Ирака.[197]

Иранское руководство постоянно испытывает мощное давление со стороны Вашингтона. Основные обвинения касаются разработки Тегераном ядерного оружия. К сожалению, руководство США не замечает, что Израиль давно обладает ядерным оружием, но правдоискатели из Вашингтона молчат.

Американское давление особенно усилилось после свержения режима Саддама Хусейна в соседнем Ираке — США считают, что Иран активно противодействует восстановлению мира в этой стране. А все очень просто.

Джеймс Билл\James Bill, автор книги “Орел и Лев: Трагедия Американо- Иранских взаимоотношений”\The Eagle and the Lion: The Tragedy of American-Ira- nian Relations, отмечает, что творцы внешней политики США по отношению к Ирану не понимают ряда важных вещей. К примеру, они не учитывают отношения иранцев к европейцам и американцам, не обращают внимания на повышенную чувствительность иранцев к их религии и культуре и не вполне понимают их уважения к религиозным лидерам.[198]

Известный политолог (и бывший аналитик ЦРУ\CIA) Кеннет Поллак\Kenneth Pollack, автор масштабного исследования “Персидская Головоломка: Конфликт между Ираном и Америкой”\The Persian Puzzle : The Conflict Between Iran and America, отмечает, что для того, чтобы понять сложность отношений США и Ирана, следует помнить о трех важных моментах истории.

Во-первых, территория, на которой ныне расположен Иран, всегда была местом, где существовали блестящие и мощные цивилизации. Персия некогда была крупнейшей мировой супердержавой. Иранцы хорошо знают свою историю и очень гордятся ею.

Во-вторых, Иран — единственное государство, созданное мусульманами- шиитами. Это дает Ирану и иранцам чувство уникальности и, в то же время, изолированности от окружающего мира.

В-третьих, на протяжении полутора столетий, с начала 19 века, Иран был слаб и фактически был игрушкой в руках европейских держав. Это оскорбляло иранцев и стало причиной возникновения ксенофобии. Ныне иранцы, фактически, стремятся изжить сформированный в те годы комплекс неполноценности.[199]

Не является секретом и тот факт, что американцы пытаются заполучить доступ к иранской нефти, и для этого им надо нести свою демократию «порабощенному» иранскому народу. (Сценарий до боли знакомый, не так ли?) Чтобы экспортировать демократию с чистой совестью, они должны доказать миру, что Иран если и не имеет, то стремится заиметь свою атомную бомбу, которую вполне может сбросить если не на США, то на Израиль.

Cложившаяся вокруг Ирана и всемерно нагнетаемая Соединенными Штатами, плодом их же собственной политики двойных стандартов.

Доводы американцев об особой “агрессивности” или “недемократичности” Ирана не выдерживают серьезной критики. Например, у Израиля имеется более 200 ядерных боеголовок, которые способны в любой момент уничтожить весь Ближний и Средний Восток. При этом руководство Израиля неоднократно заявляло, что в случае реальной угрозы своим национальным интересам может применить этот арсенал. Но США не усматривают в подобных заявлениях агрессивность со стороны своего союзника. Пакистан, обладающий ядерным оружием, ничем не демократичнее Ирана и на самом деле гораздо более взрывоопасен и неконтролируем. Но и здесь США не бьют тревогу. Зато Вашингтону очень не понравились заявления, сделанные иранским президентом Ахмадинеджадом (“С Божьей помощью мир скоро будет жить без США и Израиля”) и духовным лидером Ирана аятоллой Али Хаменеи (“Если США рискнут начать агрессию против Ирана, Иран в ответ нанесет ущерб американским интересам по всему миру”).[200]

Ядерная программа Ирана — хоть она и совершенно законна — составляет реальную проблему, которую необходимо строго контролировать. Но, в отличие 288 от Ирака при Саддаме Хусейне, Иран в современной истории никогда не вел агрессивных войн против соседей.

Уже десять лет никто основательно и достоверно не может обвинить его в поддержке и финансировании террористических актов. Что касается критики иранской “тирании”, звучащей в стратегии национальной безопасности, она лишь подчеркивает лицемерие Соединенных Штатов, подрывающее претензии Вашингтона на распространение “демократии” на Ближнем Востоке. Ведь наряду с элементами теократического авторитаризма, у Ирана есть масса элементов представительной демократии — гораздо больше, чем у любого ключевого союзника США из числа мусульманских государств региона.

В связи с этим, превентивная война против Ирана была бы по любым меркам чудовищным актом. США, да и почти все остальные страны, всегда настаивали на своем праве на нанесение упреждающего удара в условиях надвигающейся угрозы нападения на них. Превентивная война против возможной будущей угрозы представляет из себя крайне опасное изменение революционного характера в международных делах. И совершенно нелепо предполагать (а именно это делается в новой стратегии национальной безопасности США), что другие страны не последуют по пути Америки в ее претензиях на право упреждающего удара.[201]

Оккупировав Ирак, англо-американские войска и их союзники вплотную подошли к ирано-иракской границе. Хотя прямой военной угрозы США в отношении Исламской Республики Иран (ИРИ) пока не существует, Тегеран опасается за стабильность своего режима. Дело в том, что окрыленный успехом операции против режима Саддама Хусейна Вашингтон заметно интенсифицировал антииранскиские пропагандистские акции. При этом, не гнушаясь использования внутригосударственных противоречий, а здесь можно опереться и на иранскую оппозицию, которая способна раскачать внутриполитическую ситуацию в стране изнутри.

Американцы напирают на Иран, усматривая в строительстве Бушерской АЭС, возможности по созданию ядерного оружия. США, поддержанные европейцами и Израилем, настаивают на передаче иранского ядерного досье в СБ ООН. Они утверждают, что Тегеран пытается создать ядерное оружие, причем в агрессивных целях. Иран, в свою очередь, отрицает стремление к обладанию атомной бомбой и отстаивает свое право самостоятельно производить ядерное топливо для АЭС. Исламская Республика планирует в ближайшее время приступить к строительству двух новых реакторов помимо бушерского.

О том, что ядерная энергия в Иране будет использоваться в мирных целях, не раз заявляли и руководители этой исламской республики.

Однако недавно газета «Вашингтон пост» выступила с утверждением, что Иран не собирается прекращать работы по обогащению урана и ничто не помешает ему стать полноправным членом «ядерного клуба».

В этих условиях, по мнению газеты, только два обстоятельства могут остановить иранскую ядерную программу: внутренняя революция или превентивный удар по ядерным объектам. Поскольку уж на революцию особой надежды нет, тем более важен превентивный удар. Тянуть с ним не стоит, мол, поскольку американские войска находятся в непосредственной близости — Ираке (США никогда не были так близко к заветной мечте — свергнуть существующий строй в Иране и демократизировать эту страну) .

Конечно, эти подстрекательские выступления можно проигнорировать. Но настораживает вот что. По времени они совпадают с заявлением помощника президента США по национальной безопасности Кондолизы Райс, которая предупредила, что ее страна не потерпит превращения Ирана в ядерную державу. Понятно, такая жесткая и высокомерная позиция Вашингтона явно не повысит его авторитет в мире. Более того, антиамериканские настроения лишь усилятся. А в конечном счете ситуация может выйти из-под контроля. Что и говорить, те же словесные дипломатические перепалки Тегерана с Тель-Авивом ни к чему хорошему привести не смогут. А ведь Израиль во многом зависим от политики Вашингтона.

Тем не менее, несмотря на кампанию, нацеленную на передачу иранского досье для рассмотрения в СБ ООН, в Вене заявили, что совет директоров Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ), в своем докладе не упомянул, носят ли иранские разработки в ядерной области военный характер, и не дал рекомендации представить дело на рассмотрение Совета Безопасности. В МАГАТЭ высказали, конечно, же определенные оговорки относительно способности ИРИ использовать технологию для производства собственной атомной бомбы. Готовность же Тегерана возвращать в Россию отработанное ядерное топливо убирает и последние сомнения насчет мирных намерений Ирана.

Да и Израиль накануне очередной сессии МАГАТЭ развернул дипломатическое наступление с целью убедить мировое сообщество в серьезности ядерных планов Тегерана.

Вена, 2-4 февраля 2006г.: состоялось внеочередное заседание совета управляющих МАГАТЭ. Представители 27 из 35 входящих в МАГАТЭ государств, проголосовали в субботу 4 февраля за решение совета директоров Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) официально доложить Совету Безопасности ООН о проблеме иранской ядерной программы, последствием которой — пока чисто теоретически — может стать введение Объединенными Нациями санкций в отношении Тегерана. С воскресенья 5 февраля инспектора ООН не могут больше проводить внезапных проверок иранских ядерных объектов. Распоряжение об этом отдал в субботу президент страны Махмуд Ахмадинежад. Он подчеркнул, что это ответ на решение МАГАТЭ.

Одновременно с решением прекратить допуск инспекторов высокопоставленный представитель иранского руководства Джавад Ваейди 290 заявил, что его страна намерена возобновить работы по обогащению урана в полном объеме.

Иран должен немедленно исполнить парламентский закон и прекратить действие добровольно принятого Дополнительного протокола [к Договору о нераспространении ядерного оружия], а также возобновить обогащение урана в промышленных масштабах. Так подвел итог Джавад Ваейди, представитель Ирана.[202]

Россия и Китай согласились поддержать передачу вопроса о Тегеране в Совбезе при условии, что Ирану не будут грозить санкции, по меньшей мере, еще месяц. Против резолюции проголосовали только Венесуэла, Куба и Сирия.

Представитель США при МАГАТЭ Грегори Шульте заявил, что результат голосования стал “очень серьезным сигналом”, и что теперь дело за Тегераном. “Вместо того, чтобы угрожать миру, Ирану стоит прислушаться к миру и принять меры, чтобы вернуть доверие мира к себе”, — сказал Шульте.

Испанская газета “Паис” (6/02/06) комментирует решение по иранской атомной программе, принятое на чрезвычайном заседании Совета управляющих МАГАТЭ:

Решение МАГАТЭ передать “иранское ядерное досье” на рассмотрение Совета Безопасности ООН предоставляет международной дипломатии возможность вести переговоры с Тегераном еще как минимум месяц. Это решение не означает, что под влиянием Вашингтона и Евросоюза высший орган ООН введет против иранского режима дипломатические или экономические санкции. Тем более что Москва и Пекин открыто выступают против санкций. В любом случае новый доклад МАГАТЭ ожидается только в марте.

Ирану в очередной раз погрозили пальцем. Протокол лондонского совещания не является официальной резолюцией Совета Безопасности ООН, к которой стремились европейцы, не говоря уже о конкретных санкциях против режима в Тегеране. И все же с формальной точки зрения принятое в Лондоне решение значительно ухудшит позиции Ирана.

31 августа — дата истечения срока, данного Тегерану Совбезом ООН для прекращения программы по обогащению урана. Как известно, принятая 31 июля 2006 резолюция СБ ООН 1696 призывает Иран приостановить всю деятельность, связанную с обогащением и переработкой, включая исследования и разработки. В случае отказа резолюция предусматривает возможность рассмотрения вопроса об объявлении международных санкций против Ирана. Контроль за исполнением Тегераном решения Совбеза ООН возлагается на МАГАТЭ, генеральный директор которого должен представить доклад о том, осуществил ли Иран полную и окончательную приостановку всех видов деятельности, упомянутых в резолюции.

Иран же за несколько дней до истечения срока опаределенного СБ ООН в субботу 26 августа, в иранском городе Арак (190 км к юго-западу от Тегерана) состоялось торжественное открытие завода попроизводству тяжелой воды.Выступая на церемонии открытия, президент страны Махмуд Ахмадинежад отметил, что иранская ядерная программа направлена на мирные цели и «не угрожает никому, даже сионистскому режиму, который определенно является врагом». При этом он особо подчеркнул, что Иран никогда не прекратит работу над тем, что он однажды назвал «абсолютно мирной ядерной программой», и если потребуется, то страна готова защищать ее при помощи силы. Сооружение производственного комплекса в Араке продолжалось около 8 лет. Завод ежегодно будет производить 16 тонн тяжелой воды. Комплекс включает исследовательский реактор на тяжелой воде, сооружение которого продолжается и будет закончено в 2009 году. Все работы по реализации этого проекта, который имеет огромное значение для развития национальной атомной энергетики и медицины, осуществляются иранскими специалистами, утверждают иранские представители.

У Запада, однако, мирный характер ядерной программы Ирана вызывает сомнения. По мнению его специалистов, тяжелую воду, необходимую для функционирования реактора, можно направить как на нужды энергетики, так и на создание бомбы. Ведь в ходе охлаждения реактора будет нарабатываться плутоний, который можно извлечь из отработанного топлива. Плутоний — более практичная начинка ядерной боеголовки, чем обогащенный уран. Такие боезаряды более легкие (достаточно 4 кг на один заряд), и их проще монтировать на ракеты. Считается, что именно это, а не урановое направление военной ядерной программы предпочли в свое время Индия, КНДР и, возможно, Израиль.[203]

22 августа Иран представил ответ на предложения «шестерки» (пяти постоянныхчленовСБООНиГермании)поурегулированиюнациональнойядерной проблемы. В нем говорится, что иранское руководство считает неприемлемым для республики требование прекратить обогащение урана и намерено продолжать ядерные исследования. Вместе с тем оно готово к продолжению конструктивного диалога. Мировым сообществом и «шестеркой» этот ответ был воспринят неоднозначно.

Если израильтяне будут уверены, что Иран делает бомбу, а ООН ничего не предпринимает, они могут прибегнуть к односторонним действиям, как в 1981 году, когда они разбомбили ядерный реактор в Ираке.

Но здесь может наступить момент истины, ибо Иран имеет ракеты «Шахаб- 3», которые могут достичь Израиль. И тогда обмен ударами может сокрушить Ближний Восток. Это война, со всеми вытекающими последствиями.

Опасения Тегерана вполне понятны. Войска США находятся к югу от Ирана — в бассейне Персидского залива, к западу — в Ираке, к востоку — в Афганистане и к северу — в Узбекистане и Кыргызстане. Грузия и Азербайджан де-факто становятся союзниками США. Иран практически окружен. Нет сомнений, что очередная, необъявленная может быть развязана на Ближнем Востоке.

К окончательному выяснению отношений с Ираном США готовились чуть ли не три десятилетия, со времен антишахской революции 1979 года и кризиса с заложниками в американском посольстве в Тегеране.

Требовался лишь убедительный предлог, и вот он найден: иранская ядерная угроза. Хотя реалии совсем другие Иран занимает второе место в мире по имеющимся запасам газа м четвертое — по запасам нефти, четвертое место в мире по добыче нефти и седьмое — газа.

Развязав войну с Ираном, Америка несомненно нанесет существенный ущерб национальным интересам Китая и России.

В 2004 г. Китай заключил соглашение с Ираном в нефтегазовой отрасли. В ближайшие 25 лет он инвестирует около 100 миллиардов долларов в энергетический сектор Ирана, обеспечив тем самым себе доступ к его энергоресурсам. В связи с этим возможная дестабилизация ситуации в Иране из-за американской военной интервенции вызывает глубокую озабоченность Пекина.

Сегодня КНР — один из реальных соперников США на мировой арене. Однако, у Китая есть “ахиллесова пята” — 47% нефти он импортирует из Ирана. Для того, чтобы ослабить экономический рост Китая Соединенные Штаты могут нанести бомбовые удары по нефтяным артериям Ирана.

Кроме того, негативный баланс в американо-китайских торговых отношениях превысил 200 млрд. долларов в год. Валютные запасы Китая достигли 1 трлн. долларов. Фактически Пекин стал вторым кредитором Вашингтона (почти 340 млрд. долларов обязательств Министерства финансов США), финансируя значительную часть федерального бюджета Соединенных Штатов. Такая взаимозависимость вызывает растущую тревогу в США, где КНР воспринимают как наиболее реального претендента на роль «второй сверхдержавы» в ХХI веке. Доклад Объединенной экономической комиссии Конгресса, опубликованный уже после ноябрьских выборов, требует жестко потребовать от Китая существенной девальвации юаня, чтобы прекратить «нечестную конкуренцию» на американском рынке.[204]

США не могут не учитывать при планировании военной операции против Ирана российских интересов в этой стране. Россия, и это не секрет, заинтересована в разработке Ираном национальной ядерной программы. За сооружение лишь одной атомной электростанции в Бушере российская казна пополнилась более чем миллиардом долларов. Приняв во внимание, что Иран планирует строительство двадцати таких же АЭС, нетрудно подсчитать приблизительные финансовые доходы России от сотрудничества с иранцами в атомной отрасли. Нельзя не учитывать и тот факт, что объем товарооборота между Россией и Ираном составляет около двух миллиардов долларов в год, а война закроет для российского бизнеса этот рынок на неопределенный срок.

По общему мнению, экспертов, администрация Буша учла некоторые уроки вторжения в Ирак и сейчас пытается найти общий язык со своими ближневосточными и натовскими союзниками и заручиться если не одобрением, то хотя бы неосуждением своих действий. Особенно обхаживают Турцию, где за последний год побывали и госсекретарь Кондолиза Райс, и глава ФБР Роберт Мюллер, и директор ЦРУ Портер Госс, и множество других персон, непосредственно вовлеченных в военное планирование. По некоторым данным, недавно правительства Саудовской Аравии, Иордании, Омана и Пакистана были проинформированы о возможных авиаударах по объектам в Иране. Причем главными целями американской акции может стать не один, а более сотни иранских ядерных объектов. Вот только некоторые из них: АЭС в Бушере (где, кстати, работают более полутора тысяч специалистов из России), урановые шахты в Сагханде, предприятие по обогащению урана в Натанзе, завод по производству тяжелой воды и радиоизотопов в Араке, Ардаканский центр ядерного топлива, Центр ядерных технологий в Исфахане, Тегеранский исследовательский центр и многопрофильная лаборатория имени Джабира ибн Гайана, хранилища радиоактивных отходов в Карадже и Анараке.

Кроме того, США, как считают многие эксперты, попытаются сменить правящий в Иране режим. Госсекретарь Кондолиза Райс попросила у Конгресса 75 миллионов долларов на “демократию в Иране”. Деньги пойдут главным образом на оплату радиотрансляций. В свою очередь, спецслужбы США и их британские партнеры заняты созданием коалиции оппозиционных иранских политических сил. Прежде всего Вашингтон возлагает надежды на вооруженную группу диссидентов “Муджахедин-и-Кхалк” (МИК), которую в свое время поддерживал Саддам Хусейн. Значительная ее часть в настоящее время базируется в Ираке, в лагере Ашраф под Багдадом. Она разоружена, но структура ее формирований сохранена, а выдать оружие со складов много времени не потребует. Главная тут проблема в том, что МИК находится в госдеповском списке террористических организаций. И Пентагон сейчас якобы ведет упорную работу внутри американской бюрократии по пересмотру отношения к МИК, утверждая, что это хорошо тренированная, дисциплинированная сила, способная стать эффективным оружием против теократического режима в Иране, для чего ее следует переименовать и поставить под американский контроль. Делают ставку американцы и на иранских выходцев, обосновавшихся в США. Не так давно одна из таких групп, движение “Иран завтрашнего дня”, выступила с призывом начать кампанию сопротивления режиму и обратилась к правительствам стран мира с просьбой о поддержке.[205]

Причем давний союзник, фактически — мощный протекторат США — милитаризированнй Израиль, к тому же «самопровозглашенно» обладающий ядерным оружием и имеющий непрекращающийся конфликт по поводу земли с соседями, и проамериканскую идеологию — очевидно, является для «величайшей силы добра на земле» прекрасным регулятором в регионе. Этаким, своеобразным реостатом США, с помощью которого можно легко воздействовать на региональную напряженность, причем не только в отношении Палестины, но и в отношении Индии, Пакистана, Ирана и прочих. Исходя из всего выше приведенного, ясно что даже баллистические ракеты не дают Ирану достаточной гарантий поражения Израиля.

Отметим, что Иран стал единственной страной, которая полна решимости открыто противостоять США. Ядерное оружие Ирану, который надеется, что США включат его в число стран, с которыми нужно вести диалог не силой, а посредством переговоров, в первую очередь необходимо для изменения взаимоотношений с США.

К сожалению, в США побеждают те, кто убедил администрацию Буша отвергнуть призыв Ахмади-Нежада к прямому диалогу, утверждая, что “лучшим форумом является ООН”. Они боятся необходимости компромисса, уступок в своей политике. Но вряд ли у них это получится.

Усиление Ирана и создание им ядерного оружия позволит использовать компромисс как инструмент в разрешении проблем между Западом и Востоком, избежать соблазнов силового давления как способа решения проблем со стороны Запада, приводящего к конфликтам между этими сторонами многостороннего мира. Именно это не нравится США, привыкшим считать мир своей вотчиной и провозглашать любой уголок мира сферой собственных интересов, беспардонно вмешиваясь во внутренние дела государств. А причиной такого отношения к этим государствам является их экономическая и военная слабость. Да и решать все проблемы силой проще и выгоднее, т. к. это не требует компромисса и экономических уступок.

Возможный сценарий противостояния. Иранское руководство отлично понимает свою уязвимость, и помнят бомбежку иракского ядерного реактора в Осираке израильскими ВВС. В случае если Израиль решит нанести превентивный удар непосредственно по Ирану, как было ранее с Сирией, то следует ожидать серьезного военного противостояния.
У аналитиков один вопрос: может ли устоять Иран в условиях подавляющего преимущества Вашингтона в средствах воздушного нападения (СВН)? Возможно, но маловероятно. Это априорно понимают и в США, и в Тегеране. Но все же у Ирана есть шанс и этот шанс Тегеран не упустит.

Попробуем ответить, как Тегеран будет действовать. Все дело в том, что морская граница Ирана с севера на юг простилается на 2700км и проходит по Персидскому заливу, Ормузскому проливу, Оманскому заливу и Аравийскому морю. И вот в этом особая важность этой границы.

Ормузский пролив — это ключевой элемент Персидского залива, между Аравийским п-овом и материковой частью Азии, соединяет Персидский и Оманский заливы. Длина 195 км, наименьшая ширина 54 км. Глубина на фарватере 27,5 м. Порт — Бендер-Аббас (Иран). Берега пролива принадлежат Ирану и ОАЭ. Через этот водный путь нефтяные танкеры вывозят около 25% всей нефти, добываемой в мире. Через этот пролив транспортируется не только сырье из Ирана, но и, к примеру, половина всей добываемой нефти в Ираке. И никаких альтернативных маршрутов нет. Неизбежно возникнет дефицит, и тогда нефть будет стоить не меньше $100 за баррель, уверено большинство экономистов.

Здесь наиболее интенсивно движение судов, а также танкеров, которые поставляют нефть в Европу и Азию.

Поэтому при грамотном оперативном подходе пролив может быть использован для закупорки флота США и их союзников. Здесь у Ирана реальный шанс крепко пошатать «нервную систему» Пентагона, и этот шанс иранцы используют на все 200%. 

Пролив — наиудобнейшее место для организации классической минно- ракетно-артиллерийской позиции. Вдоль северного побережья Персидского залива тянутся Южно-Иранские горы. Все будет решать вопрос: насколько иранцы сумеют воспользоваться своим геостратегическим преимуществом.

Логика проста и надежна: превратить в минное поле Ормузский пролив и ряд районов Персидского и Оманского заливов. То есть заминировать прибрежную черту, развернуть наземные противокарабельные ракетные и артиллерийские комплексы, прикрыв их средствами ПВО. Организовать надежную систему управления войсками и добить корабельную группировку, закупоренную в Персидском заливе, используя активные минные постановки и огонь всех огневых средств.

Простреливаемый и насыщенный минами Ормузский пролив станет непреодолимым препятствием для флота США и судоходства. Морская мина — оружие психологическое. Никакой судовладелец не погонит свой танкер в официально объявленный район минной опасности. Из-за страховых издержек стоимость товара станет золотой.

Минная пробка перекроет коммуникационную линию американской военной машины в Персидском заливе, а также намертво заткнет горлышко нефтяной бутылке европейской и японской экономики. Всё это вызовет некий мировой ступор с непредсказуемыми последствиями. США придется решать вопрос: кто будет новым президентом страны и наносить ли ядерный удар по Ирану.[206]

Последнего скорее не будет, конечно, не из-за гуманизма, а из-за опасности все того же радиоактивного заражения нефтяных районов. Европейцы будут думать: кидаться ли в драку за пролив, или, может, стоит поменять свои проамериканские правительства. Как отреагируют финансовые рынки, что произойдет в арабском мире?

Таким образом, Иран после закупорки Ормузского пролива имеет возможность наносить удары ракетами по соединениям американцев в Персидском заливе так и на базах Ирака и Кувейта, так и находящихся на патрулировании в заливе. Естественно, приоритетная цель удара — авианосцы, десантные корабли и корабли-вертолетоносцы.

В ударе могут быть использованы все средства воздушного нападения, включая КР воздушного базирования и ракеты «Скад», круговое вероятное 296 отклонение которых, позволяет уничтожить крупную надводную цель, стоящую в порту. Попасть такой ракетой в корабль трудно, зато и в нее попасть невозможно, а сбить средствами ПВО почти невозможно.

А если Тегеран нанесет массированный ракетный удар, то здесь не помогут и АВАКСы. Ракеты упадут на объекты американцев, то есть появляется вероятность второго Перл Харбора. Здесь уже не до бряцания оружием.

Второго такого удара, естественно, американцы сделать не дадут, но и предотвратить первый не смогут. Опасаться же радиоактивного заражения от поврежденных атомных авианосцев США не стоит, они оснащены блокированием реактора и надежными средствами защиты от обычных средств нападения.

Вопросов много. Ясно одно, между США и Ираном будет продолжаться война, но теперь американцам будет не до вторжений.

Речь пойдет о битве за Ормузский пролив. Сама по себе задача траления плотного минного поля, сформированного из разных по типу и времени изготовления мин, даже без какого-либо огневого противодействия со стороны противника, представляется сложной, учитывая наличие с трех сторон вражеской территории, с непрерывными обстрелами, пусть даже с обычным оружием? Так что американцам, прежде чем, начинать новый поход за нефтью — резон хорошенько подумать. Понятно, что Пентагон, накачав мускулы, рвется в бой, чтобы переименовать Персидский залив в Американский, но ждут его не совсем приятные последствия. Вряд ли будут молчать союзники по НАТО, Япония. Следует ожидать незамедлительной реакции Пекина, которые львиную долю получает из этого региона. Как нам видится, использование всей военной мощи не гарантирует победы.

Отсюда следует, что Иран усилит уже сейчас боевую выучку частей ПВО, а для ответного удара может использовать не только ракеты, но и действия Хизбаллы в Южном Ливане, и палестинских боевиков на территориях.

Уже сегодня США видят реальную угрозу своим национальным интересам в возможном участии Ирана на правах полноправного члена в деятельности Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). Этот сценарий ведет к реализации идеи В. Путина о создании “газового ОПЕК”, что абсолютно не устраивает Соединенные Штаты, ибо в последние годы именно ШОС способствует серьезной политической, военно-технической и экономической интеграции Евразии.

Начав военную кампанию против Ирана, США не только “нейтрализуют” его, но и наносят упреждающий удар по ШОС, членами которого являются Китай, Россия, Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан и Узбекистан, а статус наблюдателей в этой организации имеют Индия, Иран, Монголия и Пакистан.

Здесь хотелось сделать отступление. В конце декабря 2005 года крайне консервативный Фонд Наследие организовал в Вашингтоне конференцию, посвященную урокам, которые может извлечь сегодняшняя Америка из истории Римской империи (The Lessons of the Roman Empire for America Today), подтвердив, таким образом, что американский империализм не является умозаключением левых активистов и альтерглобалистов. Напротив, близкие к власти элиты, похоже, не стесняясь, берут на себя имперские притязания США.[207]

Университетский преподаватель Руфус Фирс во время своего выступления на конференции провел параллель меду Римской империей и США, в частности, приведя в пример колониальную авантюру в Ираке, сравнив ее с периодом экспансии Римской империи на Среднем Востоке. По его мнению, обе империи стали единственными абсолютными супердержавами в силу своего военного, политического, экономического и культурного доминирования.

Во втором веке до нашей эры римляне приступили к средневосточной экспансии с целью «восстановить порядок и стабильность в регионе», после чего оказались политически втянутыми в этот регион. В первом веке до нашей эры римляне начали образовывать там вассальные государства, пользовавшиеся широкой автономией. В итоге, им пришлось пойти на военную оккупацию и напрямую управлять почти всем регионом, начиная со второго века нашей эры.

Персия, которую собирался завоевать Юлий Цезарь, осталась в стороне от римского доминирования в связи с тем, что, по мнению римлян, ее было трудно

«поглотить». Кроме того, римляне признали за Персией определенную сферу влияния. Однако империя быстро увязла в регионе после начала гражданской войны в Иудее и волнений в Египте, которые быстро выявили истинные возможности армии и тяжелым бременем легли на экономику империи. Последствия не заставили себя ждать: часть германских племен, сформировавших федерации и другие коалиции, бросили империи вызов на западе ее территорий. В это же время Персия атаковала ее границы с востока…
В конечном итоге, чтобы проанализировать исторические события в современном контексте и извлечь уроки из прошлого, Соединенные Штаты сделают вывод онеобходимости остерегаться Ирана и региональных блоков, подобных Евросоюзу! Империя обязана быть глобальной, и ни один фронт не может остаться без внимания.

Руфус Фирс извлекает из прошлого пять главных уроков.

Во-первых, либеральные демократии с трудом находят общий язык со своими соседями. Так, страны Средиземноморья долгое время жили в состоянии постоянной войны между народами. Мир и процветание стали возможными лишь при римском доминировании.

Во-вторых, свободные общественные установления трудно экспортировать. В конце концов, римляне осознали, что свобода не является универсальной ценностью, и народы отдают приоритет безопасности, которую они и смогли им дать.

В-третьих, империя не может управляться посредством конструкции, разработанной для города-государства, каким был Рим в момент своего основания. Римлянам пришлось смириться с военной диктатурой, для того чтобы остаться супердержавой. В-четвертых, супердержава не может дать задний ход, так как она вызывает слишком много ненависти. Последним и пятым уроком стало наследие, оставленное империей.

Таким образом, концепция американской империи отныне подкреплена теориями, и ответственность за имперскую политику взяли на себя элиты этой страны, все больше отдаляющейся от демократии, стремясь подтвердить свою роль супердержавы посредством ведения войн и разграбления ресурсов.

Желания расправится с неугодным режимом у США и его «ближневосточного авианосца» Израиля хоть отбавляй. Арабский мир так и не смог переименовать Персидский залив в Арабский, а вот американцы тешут себя мыслю, что следовало бы переименовать его в Американский. Настойчивость их можно позавидовать, но ведь за этим снова необъявленная война, которая дестабилизирует и без того напряженную обстановку в Центрально-Азиатском регионе, может реально привести к разрушению оси Москва — Тегеран и прорыву американцев в Центральную Азию, к прямому контролю над нефтью и газом Казахстана и Туркменистана.

Да, все-таки прав был Вольтер; перефразируя его, можно сказать о планах США его же словами: “Если бы иранского уранового проекта не существовало, его бы следовало выдумать”.

Принятое 11 декабря 2006 года шестью членами Совета сотрудничества в Персидском заливе решение о запуске невинного на вид совместного проекта по развитию ядерной энергетики является самым ясным сигналом того, что ядерные программы Ирана, независимо от того, нацелены они на создание атомной бомбы или нет, могут ускорить распространение оружия массового поражения на Ближнем Востоке.[208]

Страны Персидского залива — Саудовская Аравия, Бахрейн, Кувейт, Оман, Катар и ОАЭ — ясно дали понять, что, как и Иран, они нуждаются в ядерном ноу-хау исключительно в «мирных целях». Идея арабской бомбы появляется не впервые. Египет, Алжир, Марокко и Саудовская Аравия уже заявляли о намерении развивать ядерную энергетику.

ООН против ядерной программы. Эпопея вокруг иранской ядерной программы получила новый, совершенно неожиданный поворот — представитель Ирана в ООН Джавад Зариф потребовал от Совета Безопасности ООН применить санкции против Израиля в связи с наличием у еврейского государства ядерного оружия. В своем недавнем интервью израильский премьер Эхуд Ольмерт фактически открыто подтвердил присутствие таких арсеналов в своей стране. Теперь уже Тегеран требует от Совета Безопасности «принудить Израиль отказаться от ядерного оружия и поставить все свои ядерные объекты под контроль инспекторов ООН». Джавад Зариф также потребовал включения в предполагаемую резолюцию по этому вопросу ссылок на статью 7 Хартии ООН, предусматривающую как дипломатические так и военные меры в отношении государств, которые представляют реальную угрозу миру. В обращении говорится, что «Израиль — единственное препятствие на пути к Ближнему Востоку, свободному от ядерного оружия». Этот дипломатический ответный удар Тегерана попал в точку. Как государство-член ООН, Иран имеет законное право выносить свои предложения на повестку дня заседаний Совета Безопасности. В данный момент СБ обсуждает проект резолюции по «иранскому досье», которая ставит целью применение санкций против Тегерана — по все тому же «ядерному вопросу». Таким образом, Иран ставит Совбез перед дилеммой. Либо члены Совета открыто признают, что Израиль имеет право на ядерное оружие, а Иран — нет; либо они подвергают санкциям и Израиль тоже.

В первом случае такая явная политика «двойных стандартов» вызовет бурю негодования во всем исламском мире, еще раз подняв престиж Ирана как «защитника ислама» в глазах миллиарда мусульман. Второй вариант, естественно, невозможен, поскольку этого никогда не допустят США. Но в любом случае иранская дипломатия выигрывает, и надо признать этот ход очень удачным и своевременным.

Тем временем, 23 декабря 2006 года Совет Безопасности ООН резолюция СБ ООН #1737 в отношении Ирана была принята в Нью-Йорке поздно вечером в субботу. За нее проголосовали все 15 членов Совбеза — “большая пятерка” постоянных членов и десять временных. Санкции в отношении Тегерана в ответ на его отказ прекратить работы по обогащению урана. Комментируя принятие резолюции, ставшей результатом многомесячных споров по каждому слову, а иногда и запятой, госсекретарь США Кондолиза Райс отметила, что “иранские власти своими действиями еще больше изолировали себя и иранский народ от мирового сообщества”. По словам госпожи Райс, резолюция #1737 “относит Иран к небольшому числу стран, которые сталкиваются с осуждением со стороны мирового сообщества через санкции в рамках седьмой главы Устава ООН”. “Мы призываем все государства предпринять немедленные действия по осуществлению их обязательств в рамках данной резолюции”,– заявила Кондолиза Райс.

Совет запретил поставку в Иран определенных материалов и оборудования, заморозил счета ряда физических и юридических лиц, имеющих отношение к чувствительной ядерной деятельности в Иране и разработке систем доставки ядерного оружия. Он призвал государства следить за въезжающими на их территорию лицами, связанными с такой деятельностью. Совет ввел запрет на поставки в Иран предметов, материалов, оборудования, товаров и технологий, которые могли бы способствовать деятельности этой страны, «связанной с обогащением, переработкой или тяжелой водой или разработкой систем доставки ядерного оружия». Члены Совета призвали государства «проявлять бдительность» в отношении въезда на их территорию или транзитного проезда через нее физических лиц, которые занимаются чувствительной ядерной деятельностью и разработкой систем доставки.

Совет потребовал, чтобы государства заморозили имеющиеся на их территории денежные средства, финансовые и экономические ресурсы физических и юридических лиц, связанных с этими видам деятельности. В принятой резолюции содержится список лиц, причастных к ядерной программе и программе по баллистическим ракетам, к которым будут применяться те ли иные меры. Совет Безопасности еще раз призвал Тегеран приостановить обогащение урана, а также работы в рамках всех проектов, связанных с тяжелой водой, включая строительство исследовательского реактора с тяжеловодным замедлителем.

Члены Совета пообещали отменить свои санкции, если Иран выполнит эти и другие его требования и требования МАГАТЭ. Одновременно они пригрозили, что в случае невыполнения Ираном настоящей резолюции, Совет примет дальнейшие меры на основании статьи 41 главы VII Устава ООН. Совет Безопасности поручил МАГАТЭ представить ему через 60 дней доклад о предпринятых Ираном шагах.

Члены Совета Безопасности отметили приверженность Германии, Китая, России, Великобритании, США и Франции урегулированию проблемы, связанной с ядерной программой Ирана, путем переговоров. Совет призвал Иран сотрудничать с международным сообществом на основе взаимного уважения и доказать исключительно мирный характер своей ядерной программы.[209]

Через два месяца от главы МАГАТЭ Мохаммеда аль-Барадеи ждут нового доклада по иранским ядерным программам. Если будет признано, что Тегеран продолжает обогащать уран, создает средства доставки ядерного оружия или ядерные проекты на тяжелой воде, СБ ООН должен будет принять новую резолюцию — но и она не должна будет выходить за рамки 41-й статьи, то есть невоенных мер.[210]

В Москве принятую Совбезом резолюцию расценили как успех российской дипломатии. В МИД РФ подчеркивают, что именно по настоянию России из документа было исключено всякое упоминание о сооружаемой в Иране при содействии России АЭС в Бушере. Удалось вычеркнуть и пункт о запрете поездок иранских юридических и физических лиц, связанных с ядерной и ракетной программами Тегерана. Из преамбулы проекта также было убрано определение о том, что иранская ядерная программа «представляет угрозу международному миру и безопасности». «Мы удовлетворены, что все озабоченности и позиции российской стороны по ключевым проблемам были учтены и инкорпорированы в текст данной резолюции, — сказал российским журналистам Постоянный представитель РФ при ООН Виталий Чуркин. — Мы проделали хорошую работу, но наша общая победа наступит тогда, когда нам всем сообща политико- дипломатическим путем удастся урегулировать иранскую ядерную проблему». Посол выразил надежду на то, что резолюция СБ ООН «будет конструктивно и правильно воспринята иранским руководством, что приведет к ее выполнению и возобновлению переговорного процесса».[211]

В Тегеране обсуждают варианты реакции на резолюцию Совета Безопасности ООН о введении международных санкций. В качестве ответной меры Иран в ближайшее время может прекратить любое сотрудничество с МАГАТЭ. Соответствующий законопроект принял парламент страны. В свою очередь, агентство имеет право потребовать нового созыва Совбеза, чтобы тот одобрил более жесткие действия в отношении Исламской Республики. На аналогичный шаг Тегеран может подвигнуть и самих членов Совбеза.[212]

Меджлис (парламент) Ирана в воскресенье 24 декабря 2006 года большинством голосов принял законопроект с пометкой «срочно к исполнению», обязывающий правительство запретить сотрудникам МАГАТЭ любые инспекции ядерных объектов страны. Это означает, что Исламская Республика окончательно отказывается от выполнения Дополнительного протокола к Договору о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО). О выходе государства из самого ДНЯО речи пока не идет.

Хотя, как утверждает автор исследования Роджер Стерн из Университета Джона Хопкинса, Иран стремится к развитию атомной энергетики, чтобы в ближайшие годы обеспечить растущий спрос на энергию в условиях трудностей в нефтедобывающем секторе, связанных с недостаточными инвестициями в него, говорится в докладе одного американского исследовательского центра. Представление об Иране как о крупной нефтедобывающей стране, располагающей огромными ресурсами, ошибочно.

Его доклад опубликован в журнале “Просидинг оф зе Нэшнл Академи от сайенс оф зе ЮС”. “С 1980 года рост спроса на энергию в Иране достигает 6,4%, что выше роста предложения (+5,6%), при этом экспорт (нефти — ИФ) не растет с 1996 года”, — пишет автор. По его данным, нефтедобыча в Иране за последние 18 месяцев даже ниже той квоты, которая выделена этой стране Организацией стран- экспортеров нефти (ОПЕК). Такое положение отражает трудности в наращивании добычи этого сырья. Р.Стерт считает, что энергетический кризис способен привести к падению нынешнего правящего в Иране режима. При этом ученый отмечает, что нет оснований сомневаться в оправданности обвинений США и других стран в том, что развиваемая Тегераном атомная программа имеет и военную составляющую.[213]

Как видим, вопрос нефтедобычи для Ирана является важным, но не решаюшим проблему и только атомная энергетика может решить энергетическую проблему государства.

Последнее изменение Воскресенье, 01 Февраль 2015 20:54

Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии

Другие материалы в этой категории:

Go to top