Восстановление сербской государственности

Наступил долгожданный момент – началась серьезная подготовка к общебалканскому антитурецкому восстанию. Сербия стала центром создания блока. Были подписаны секретные договоры с Грецией, Черногорией, Румынией, согласованы планы с лидерами хорватских и болгарских национально-освободительных организаций, развернута подрывная и пропагандистская работа в Боснии и Герцеговине. Общей целью было освобождение Балканского полуострова от турок и раздел их территорий между союзниками.

 

К этому времени Россия уже практически оправилась от поражения в Крымской войне и ее дипломатическая активность заметно возросла. Министр иностранных дел Александр Горчаков неоднократно предлагал созвать конференцию великих держав для обсуждения вопроса о положении христианских народов Турции. Параллельно Россия оказывала помощь Черногории, укрепляла свои связи с Сербией. Балканский вопрос в то время был для России одним из важнейших. Во-первых, с усилением Сербии перспектива доступа России к проливам, о которых она мечтала столетиями, становилась менее призрачной. Во-вторых, важно было иметь союзника в тылу такого мощного государства, как Австро-Венгрия.

Однако когда Сербия начала создавать антитурецкий блок и готовить восстание, позиция России стала осторожной. Иными словами, она готова была оказать моральную помощь, а в качестве военной – всего лишь предложить консультации своих военных специалистов. В общем же Россия не была заинтересована в общебалканском восстании, по крайней мере на тот момент, так как все же не могла принять в нем полноценного участия. А это значило, что русские проигрывали в любом случае: если сербы победят – это произойдет без активной помощи России, и ее позиции на Балканах ослабнут; если блок потерпит поражение в борьбе с Турцией – еще хуже, поскольку долгие десятилетия дипломатических и военных усилий пойдут прахом.

Впрочем, тяжелый для России вопрос разрешился сам собой. Весной 1868 г. в Белграде князь Михаил был убит заговорщиками и на некоторое время война Сербии с Турцией оттянулась.

Воспользовавшись тем, что наследник Михаила Милан Обренович был несовершеннолетним, его регенты во главе с председателем либерального правительства Йованом Ристичем разработали в 1868 г. проект новой конституции, и уже в следующем году она была принята скупщиной. Теперь полномочия князя значительно урезались, Сербия провозглашалась «конституционной монархией с народным представительством», где основная власть принадлежала скупщине. Роль парламента возросла, соответственно усилилась борьба между политическими партиями за депутатские мандаты. В период регентства с 1869 по 1872 г. находившиеся у власти либералы приняли ряд законов и постановлений, которые значительно ускорили развитие капиталистических отношений в стране и укрепили буржуазию.

В последней четверти XIX в. ситуация на Балканах себя исчерпала – дальнейшее соотношение сил уже не соответствовало реалиям. Великие страны были готовы пересмотреть политическую карту региона. Энергия, десятилетиями копившаяся в народе, была готова наконец выплеснуться в открытое выступление против турецкого владычества. Восстание, которое переросло в «восточный кризис», началось в 1875 г. в отнюдь не самой сильной Боснии и Герцеговине. Это была изрядная неприятность для Сербии, претендовавшей на роль лидера, организатора и координатора общебалканского восстания, которое к тому времени еще не было подготовлено. Однако факт выступления уже свершился, и упускать такой момент было нельзя. Сербия лихорадочно пыталась создать Балканский союз, чтобы выступить против Турции единым фронтом. Однако союзники оказались не готовы, и Сербии пришлось самостоятельно начинать войну с османами, заручившись поддержкой одной лишь Черногории. Это было очень рискованное предприятие, заранее обреченное на провал, но сербы рассчитывали на помощь России.

Однако все начиналось не слишком гладко. Из-за бездеятельности министра иностранных дел России Александра Горчакова сербы долго не могли получить ожидаемой помощи. Пять тысяч русских добровольцев, прибывших в Сербию во главе с генералом Михаилом Черняевым, не могли повлиять на ситуацию коренным образом. В итоге после серии поражений, под угрозой полного разгрома в 1876 г. Сербия заключила перемирие с Турцией. Правда, это произошло в какой-то степени благодаря России, предъявившей Турции ультиматум с требованием заключить соответствующее соглашение с Сербией. Сама же Сербия была обескровлена, разорена, обременена десятками тысяч беженцев из Боснии и Герцеговины.

В декабре по инициативе России в Константинополе для решения балканских проблем была созвана конференция великих держав в составе Великобритании, Германии, Австро-Венгрии, Франции, Турции и самой России. Великие державы потребовали от Порты предоставления Боснии, Герцеговине и Болгарии автономии. Однако Турция отвергла эти требования, согласившись лишь начать с Сербией и Черногорией переговоры о мире.

Дальнейшие дипломатические усилия по разрешению конфликта ни к чему не привели и в апреле 1877 г. Россия выступила против турок. На этот раз сербы были более осторожными, не желая повторить свою ошибку годичной давности. Поэтому они не сразу присоединились к русским войскам, ожидая, на чью сторону склонится чаша весов. После перелома в войне, ознаменовавшегося взятием русскими Плевны и переходом их через Балканские горы, сербы скрепя сердце решились выступить совместно с Россией и в декабре 1877 г. объявили о возобновлении своей войны с Турцией.

К тому времени Порта была практически разгромлена. 19 января в Адрианополе было подписано перемирие.

Однако сербы, внесшие свою лепту в победу над Турцией, выиграли немного. Россия была заинтересована прежде всего в Великой Болгарии – дружественной, обширной, обладающей выгодным стратегическим положением на Балканах. Великобритания и Австро-Венгрия выступили против. За спорами касательно будущего Болгарии судьба Сербии отошла на второй план. Россия не отстояла Болгарию в полной мере, а Сербии достался небольшой клочок территории – четыре новых округа с населением в 300 тыс. чел. «Для полного счастья» сербы рассчитывали заполучить Боснию и Герцеговину, а с ней и выход к морю, плюс Косово, которое для них имело особое значение после битвы на Косовом поле. Но вместо этого, согласно Берлинскому договору 1878 г., Боснию и Герцеговину отдали Австро-Венгрии. Отнять эту территорию было нереально. Сербии пришлось довольствоваться тем, что отныне, впервые за последние 400 лет, она стала полностью независимой. «В придачу» молодое государство получило глубочайший внутренний кризис и раскол, вызванный разочарованием в России как союзнике, а также мотивы к возникновению сербско-болгарских противоречий по поводу Македонии, отданной болгарам. В итоге Сербия стала искать поддержки у Австро-Венгрии, постепенно выходя из-под российского влияния. Это стало общим политическим поражением России и Сербии, их общей бедой.

Альянс с Австро-Венгрией дорого стоил Сербии: по совету австрийцев в сентябре 1885 г. сербы напали на Болгарское княжество. Несмотря на сложное политическое положение в Болгарии из-за воссоединения с Восточной Румелией, Сербия потерпела сокрушительное поражение. В результате внутриполитическая ситуация осложнилась и в Белграде. Активизировалась оппозиция и в конце концов под усилившимся давлением радикалов в декабре 1888 г. была принята новая демократическая конституция, а в январе 1889 г. король Милан Обренович вынужден был отречься от престола и покинуть страну. Ему обеспечили пожизненную пенсию от правительства, а королем стал 12-летний сын Милана Александр, от имени которого правил регентский совет из трех человек.

Однако оппозиционеры сильно просчитались, убедив себя, что смогут спокойно править страной, не принимая во внимание малолетнего короля. Молодой да ранний, всего через четыре года Александр объявил себя совершеннолетним и попросту разогнал регентский совет. Через год он отменил демократическую конституцию и вернул в страну своего отца Милана. В течение последующих десяти лет они правили вместе, за это время значительно укрепили королевскую власть, практически свернули парламентаризм и загнали оппозиционеров в подполье.

Тем временем Обреновичи укрепляли свои связи с Австро-Венгрией. На нее приходилось 60 % сербского импорта и 93 % экспорта, с этим государством существовала самая протяженная граница. Собственно, Сербии на то время попросту некуда было деваться.

Последнее изменение Воскресенье, 14 Декабрь 2014 14:06

Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии

Другие материалы в этой категории:

Go to top